ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ясутака Цуцуи называют японским Филипом Диком и духовным отцом Харуки Мураками. Российскому читателю он известен прежде всего своим романом «Паприка», по которому снято популярное аниме. Роман «Пре... Преисподняя Ясутака Цуцуи Давно перевалило за полдень. Нобутэру играл с приятелями на школьном дворе. Местом для игры они выбрали сцену, с которой во время разных мероприятий выступали учителя. Все трое мальчишек были одеты бедно. В то время одежда продавалась только по талонам. Они любили покуролесить, поэтому вид их одеяние имело жалкий — все в пыли и грязи. Летний вечер, на улице светло допоздна, одежда за долгий день пропиталась потом, так что пахло от ребят, должно быть, соответствующе, но кого в четвёртом классе заботит чистота? Троица играла в царя горы. Сцена возвышалась над землёй метра на полтора. Недолго и покалечиться, если свалишься. Но мальчишкам это в голову не приходило. В таком возрасте все почему-то убеждены: если что и случится, то не со мной. Они уже не первый раз здесь играли. Ну, падали, конечно, и что такого? Подумаешь, пара ссадин и синяков. Юдзо, самый буйный и крупный из троицы, заливался смехом, демонстрируя приятелям дырку на месте переднего зуба. Он решительно провёл кулаком под носом, размазывая густые сопли, и замахнулся, собираясь заехать Нобутэру по физиономии. Нобутэру в испуге вскрикнул и отскочил назад, врезавшись в стоявшего у него за спиной Такэси. Тот неловко свалился со сцены, растянулся на земле лицом кверху и заголосил во всё горло: «Нога! Нога!» По его крикам Нобутэру мог бы догадаться, что дело плохо, но до него это дошло позже вместе с раскаянием, когда он раз за разом прокручивал в голове случившееся. Сконфуженно ухмыляясь, Юдзо и Нобутэру схватили Такэси за нелепо согнутую левую лодыжку и стали тянуть, распевая «Не плачь, маленькая птичка!». [1] Они очень хотели рассмешить приятеля, чтобы тот перестал плакать. Не получилось.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ничего себе! Она действительно что-то чувствует?! И мирские страсти ещё при ней?! Или это всего лишь условный рефлекс, вызванный памятью о времени, проведённом в реальном мире?

Краем глаза Сасаки заметил, что их колонна пришла в движение, и засуетился. Что сделает с ними демон-леди, если они опоздают?

— Пойдём. Они уходят.

Дзицуко вздрогнула, открыла глаза и отстранилась от него.

— Иди первый, — сказала жена и снова исчезла в толпе. Куда это она? В туалет? Наверное, побежала приводить себя в порядок. Не хочет, чтобы люди видели её такой — с раскрасневшимся лицом, мокрыми глазами? Или всё-таки за угрём?

Вернувшись на своё место в шеренге, Сасаки с облегчением обнаружил, что пришли в движение только первые три группы. Но беспокойство не оставляло: успеет ли Дзицуко вернуться до отправления группы номер шесть. Вытягивая шею, он высматривал её в толпе, и тут с места тронулась пятая группа.

В этот самый момент появилась запыхавшаяся Дзицуко. Её лицо было в полном порядке, до угря дело так и не дошло. Подойдя, она шепнула ему на ухо:

— Обрати внимание на руководителя восьмой группы. Какой-то он странный.

С этими словами Дзицуко поспешила на своё место во главе группы, которая тут же двинулась вперёд. А Сасаки мельком взглянул на пожилого человека, возглавлявшего группу номер восемь. Лет ему было не так много, но, судя по виду, он уже страдал старческим слабоумием. Из приоткрытого рта текла слюна, пустой взгляд был устремлён в пространство. Как такого человека назначили руководителем группы? Не могла демон-леди этого сделать. Может, на площади он был ещё нормальным и превратился в развалину, пока они шли сюда? Не иначе сдвинулся от того, что надо уходить из Преисподней и что его назначили вести группу.

Странно! Оказавшись в Преисподней, человек превратился в слабоумного, — размышлял Сасаки, шагая за группой номер шесть. Или такая участь ждёт их всех, когда они покинут Преисподнюю? И со стариком из восьмой группы это просто случилось раньше, чем с остальными?

Колонна сделала круг по шопинг-моллу и вышла через главный вход на проспект. Спустя какое-то время дорога стала полого спускаться к реке, через которую был переброшен большой мост. Но на мост колонна не пошла, а вместо этого свернула налево, на фунтовую дорогу, проложенную вдоль берега. На неё, двигаясь против течения, уже ступила группа номер один. С того места, где стоял Сасаки, было видно, как много людей в этой процессии — она растянулась на приличное расстояние.

Дойдя до реки, Сасаки тоже повернул налево. Он шёл, посматривая на реку с правой стороны и периодически оглядываясь на свою группу. Все вроде на месте, отставших нет. Хвост группы отворачивает от моста.