Я почувствовала, как сладкая дрожь надежды охватила тень прошлой меня где-то в глубине, за возведенными до небес каменными стенами.
«Стать такой же!.. Быть с ним вечно!..» — застонала от счастья былая Диана, наслаждаясь ощущением его тела, прижатого к каждому изгибу моего.
— Я сделаю это. Прямо сейчас!
Его светящийся решимостью, пугающий взгляд ушел в сторону в поисках чего-то или кого-то, невидимого для меня.
— И не спросишь, хочу ли этого я?
Его взгляд вернулся ко мне.
«Молчи!» — разъяренной кошкой зашипело мое прошлое, но я продолжала:
— Тебе, как и раньше, достаточно только твоего желания?
Он всматривался в мое лицо, будто видел впервые, будто я вдруг заговорила с ним на незнакомом языке. Будто на миг в нем проснулся тот, кто когда-то был мне дорог…
Вдали взревел мотор.
И яростная решимость сожгла понимание дотла.
— Кейс!
Не успело слово, произнесенное тихо, но повелительно, исчезнуть на ветру, как рядом с нами стоял мужчина. Его черты показались мне смутно знакомыми — он был похож на водителя, перехватившего меня у дома родителей и доставившего прямо к «господину» в руки при первой, неудачной, попытке побега.
Осторожно, точно величайшую ценность, он открыл и протянул Кристофу маленький черный кейс.
С болезненным интересом я разглядывала его содержимое. В мягком гнезде, закрепленное в зажимах, покоилось металлическое приспособление, отдаленно напоминавшее шприц со стеклянной колбой, наполненной полупрозрачной мутно — красной жидкостью.
Рывок сложил мои запястья вместе, и они оказались надежно закованными в руке Кристофа. Свободной он взял из кейса «шприц».
— Езжайте, вы мне больше не нужны, — приказал он, не отводя сумасшедшего мучительно — ощутимого взгляда от моего лица.
Почему он так смотрел?
— Но, господин… — рука слуги указала на озеро — звук моторной лодки приближался.
— Езжайте! Один — единственный охотник для меня не проблема… Особенно теперь.
С легким поклоном слуга исчез, увлекая воздушный поток за собой, и вскоре к пению первого мотора добавился еще один голос — басовитый, мощный — с другой стороны острова.
— Все должно было бы быть иначе… и раньше, — нахмурившись, покачал головой Кристоф и развернул меня боком к себе.
— Кристоф… — из моей груди вырвался стон — обреченности или… предвкушения? Я не знала сама.
Он резко склонился, поднося металлический предмет к моему плечу.
Порыв ветра взметнул мои волосы, в замершем времени разделяя длинными прядями мир на куски: на одном — Кристоф, на другом — его неотвратимая рука, на третьем — озеро и звучание мотора.
А еще было небо…
Что-то острое коснулось кожи.
Все бесполезно!..
Но ожидаемая боль не сменила прикосновения холодного острия. Отдернув руку так быстро, что я пропустила это движение, Кристоф посмотрел на озеро.






