ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ещё не всё потеряно и маг граф Арни Ки Сон ещё поборется за свою жизнь и за будущее одарённых детей на новой для него планете. Новые миры, неожиданные встречи и интересные решения проблем. Всё это буд... Архимаг Владимир Геннадьевич Поселягин * * * «Урал» ревя мотором, поднялся на холм и остановился, тональность работы двигателя сменилось на тихое урчание. Покинув кабину, я в гарнитуру рации скомандовал покинуть бронированный кузов. Двухдневное движение по континенту Широна, останавливаясь только на заправку и на естественные нужды, подходило к своему логическому завершению. Мы прибыли на место. Да-да, я вернулся на континент Белона, мира Элио, где меня так негостеприимно встретили, навсегда отобрав способности к магии, и откуда мне пришлось буквально бежать. Причины чтобы вернуться у меня были веские. Думаю, пока парни и девчата, сбегав по своим естественным надобностям к близкой опушке леса, устраиваются у машины, занимая позиции вокруг неё, стоит пояснить, что же происходило с того момента как мы обнаружили закрытый континент, мёртвый город и повстречали сталкеров у побережья. Да уж, приключений, что мы там отхватили, могло хватить на десятерых, но в принципе для нас всё закончилось благополучно. Всё же после недолгого раздумья я отказался двигаться в мёртвый город и брать под свою руку местный дворцовый комплекс, да и говорил я это больше для командиров сталкеров, что меня внимательно слушали. Так вот, плотно с ними пообщавшись, выяснив всё что нужно и скопировав за небольшую оплату их карты, где были нанесены разнообразные поселения на этом побережье континента, я их отпустил, и мы вернулись на эсминец. Дальше было просто, я отдал приказ Васильеву и мы отправились на поиски небольшого острова, где могли сохраниться поселения, решив сделать его своим укрытием, где и развернуть свою магическую школу. В принципе, где находится строения школы не важно, где учителя ил

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Позиция была хорошая, четыреста метров ровной поверхности луга, на которой колыхалась согласно дуновениям ветра трава, и тёмный смешанный лес с другой стороны поля. Окоп был большой, и мог вместить порядка шести бойцов. Да и стрелковые ячейки были подготовлены для такого же количества бойцов, но на позиции было всего двое. Метрах в пятидесяти виднелась из другой ячейки голова бойца в каске, он тоже прислушивался к интенсивному бою в тылу немцев, но это ясно показывало, что оборона тут была откровенно жиденькой. Да и как иначе, если тридцать бойцов в роте?

В это время послышался шум и шуршание, молодой схватился за свою винтовку, прислонённую к стенке окопа, но старшина успокаивающе махнул рукой. Он знал, кто это так шумно сопит носом, так шумит их ротный.

Лейтенант по-пластунски добрался до пулемётной позиции и скатился в окоп, устроившись на дне. Облокотившись спиной о стенку, он стянул каску, снял пилотку и вытер ею мокрое лицо.

— Ну что Никодимыч, наши шумят? — спросил он, и принял у старшины окурок, жадно затянувшись.

Оба считались в батальоне ветеранами, только тридцатисемилетний лейтенант, бывший учитель истории, войну начал в августе прошлого года, поэтому отношения у них со старшиной были приятельские.

— Может наши, а может и нет, но шумят лихо.

— Комбат посыльного прислал. Ему все звонят, и из штаба полка и из штаба дивизии, даже командарм отзвонился. Интересуется, кто это на нашем участке так шумит. Вроде у наших танки новые появились, не слышал?

— Да откуда в нашей глухомани таким слухам взяться то?

— Я вчера в штабе батальона был, получал довольствие на роту. Сам знаешь, ротного старшину у нас ранило, так вот много интересных новостей узнал. На участке обороны соседнего корпуса интересный случай был. Там болот нет, чистое поле, линия фронта у нас и у немцев сплошная, позиционные бои идут. Ни у наших, ни у немцев сил для наступления не было, и вот, так же как и тут, стрельба в тылу немцев. Долго она шла, минут двадцать, и представляешь, врываются с тыла на немецкие позиции два новейших танка…

— Наши?

— Вроде наши, у обоих на радиоантеннах были красные куски ткани, но силуэты разные и незнакомые. Одни танк приземистый, с какой-то неровной кирпичиками бронёй и просто чудовищной скорострельной пушкой. Другой танк поменьше, но тоже с ребристой кирпичиками бронёй, и с автоматической пушкой, она очередями стреляла. Так вот, танк давай по окопам, давить гусеницами немцев, а второй отъехал в сторону и начал крутиться, стреляя по артиллеристам и пулемётным позициям. Представляешь, болванки рядом с ним в землю врывались, а в него так и не попали.

— Прикрывал дружка — хмыкнул в усы старшина, с огромным интересом слушая вместе с напарником ротного.

— Ну да.