ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Приключения отважных друзей Конора, Абеке, Мейлин и Роллана продолжаются в пятой книге саги о бесстрашных воинах и их зверях-воителях. Теперь друзья отправляются на юг, к Ста островам. Друзья надею... Против течения Туи Т Сазерленд Посвящается Элиоту и Ионе, а также моему зверю-воителю Саншайн Т. С. Где-то далеко, в раскаленном небе, пронзительно и отчаянно крикнула хищная птица. – Ни часу дольше. Бесполезные людишки. Будь я на свободе, уже бы собрал все талисманы. Мы бы стали владыками мира, и все бы кланялись нам в ноги. Он толкнулся в стенки клетки, и его мощные мускулы взбугрились. – Скоро. Мое время придет. Скоро они вернутся за мной, – забормотал Ково и, прищурившись, поглядел на клочок пустыни, видный сквозь щели. – Гератон уже несколько недель на свободе. Медлительные, жалкие людишки. Наверное, я оторву им пальцы. Он поднял голову: гигантские ноздри раздувались, когда Ково нюхал воздух. Хитрая ухмылка медленно расплылась на его морде. – Гератон, – прогремел пленник. – Наконец-то. – Я поняла, что ты готов пролить кровь врагов, – произнес голос сзади. – Но раз уж ты ждал веками, что значит месяц-другой? – Я буду ждать столько же, сколько уже прождал, ради осуществления моих планов. Покажись, чтобы я мог тебя видеть. Мальчик с каштановыми волосами появился в поле зрения Ково и встал в нескольких футах от клетки, недалеко от подножия скалы. Худенький и маленький, едва ли достаточно взрослый, чтобы выпить Желчь, он был страшно обожжен солнцем. На плечах виднелись длинные кровоточащие царапины, и он, казалось, не замечал, что его обувь дымится. Но все это, скорее всего, было привычно той, кто сейчас в нем находилась и смотрела на мир змеиными желтыми глазами с огромными удлиненными зрачками. – Слишком маленький носитель для тебя, – прорычал Ково. – Больше похож на твою закуску, чем на посланника. Он взглянул на небо, но не заметил Халавира. Как удачно, что его неуст

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Должен был сказать… предал… Желчь».

Он знал?

Она вспомнила, как он был уверен, убежден, что она призовет духа зверя в день Церемонии Нектара.

И это привело ее к невыносимой мысли, столь ужасной, словно крокодил Пожирателя вырвал у нее из груди сердце.

«Неужели мой

отец

сделал это со мной?»

Роллан устремился по склону вниз, к ним, оступаясь и выбивая ногами из почвы камешки в спешке.

– Назад! – заорала Мейлин-но-не-Мейлин. Она рывком поставила Абеке перед собой, закрывшись ею, как щитом, и приставила нож к ее горлу.

«Нет, нет, нет», – рыдала настоящая Мейлин внутри себя.

Роллан застыл в нескольких шагах от нее, но достаточно близко, чтобы видеть ее глаза.

– Мейлин, – позвал он. Боль искажала его лицо. Мейлин знала, что он думает о матери, о том, как смотрел на нее и в такие же злобные желтые глаза совсем недавно. – Слушай меня. Знаю, что ты по-прежнему там. Ты можешь победить это! Ты самый сильный человек, которого… самый сильный, может, вообще. Ты можешь победить ее!

Мейлин сомневалась, что это правда. Какие шансы у нее против Великого Зверя и его магии? Но она попыталась. Она мысленно надавила на когти, впившиеся в ее разум, и рванулась, пытаясь пробиться обратно и вернуть контроль над собственным телом.

У нее задрожали ноги, и Абеке почувствовала, что хватка Мейлин ослабла. Юная нилоанка внезапно вывернулась из-под руки Мейлин и вырвалась на свободу. Она успела сделать три шага вверх к Роллану.

А потом дубинка Мейлин обрушилась ей на голову с жутким треском.

Абеке рухнула на землю, как кукла.

Мейлин с ужасом смотрела на ее тело. «Надеюсь, она только потеряла сознание».

– Абеке! – раздался настоящий голос Мейлин и почти тут же захлебнулся. – Нет никого, кто бы мог сопротивляться мне, – зарычала она на Роллана. И шагнула, встав над поверженной Абеке. – Точно не твоя драгоценная Мейлин, которая была моей игрушкой с тех пор, как призвала Джи.

«Лунатизм, – поняла Мейлин. – Каждый раз, когда я бессознательно ходила во сне, это Гератон управляла моим телом».

Это значит, что Гератон могла управлять ею, и Мейлин об этом не знала. Змея хотела, чтобы девочка узнала обо всем сейчас. Она хотела, чтобы Мейлин страдала из-за того, что предала своих друзей, и осознавала каждое текущее мгновение.

Мейлин ощутила, как губы помимо ее воли складываются в жестокую ухмылку. В голосе прозвучало неестественное шипение, когда Гератон снова обратилась к Роллану.

– Ты когда-нибудь задумывался, почему она так легко контролирует панду? Их связь – это связь Желчи. У Джи нет другого выбора, кроме как подчиняться.

Внутри себя Мейлин захотелось свернуться клубочком и умереть. То, как она приказывала Джи, то, как панда выбивалась из сил, стараясь делать все, как хотела Мейлин, – теперь все это было мучительно ясно и чудовищно непоправимо.