ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Четвертый роман цикла "Страна Арманьяк". Александр Башибузук Страна Арманьяк Корсар ПРОЛОГ Множество разодетых придворных, разбившись на группки, вполголоса обсуждали прошедшие свадебные празднества и турниры. Неожиданно послышались четкие шаги, дворяне расступились в стороны и уставились на сухопарого мужчину в длинных замшевых ботфортах и черной кирасе, скромно украшенной золотой чеканкой. Образ завершал старомодный берет с тремя пышными павлиньими перьями, волнистые длинные волосы с легкой проседью, гордый профиль с внушительным горбатым носом, аккуратно подстриженная бородка, длинный узкий меч с роскошным эфесом и веселые наглые темно-карие глаза. На шее мужчины, в такт его шагам, мерно покачивался на скромной цепочке золотой орден, в виде стилизованной овечьей шкуры. Он уверенно чеканил шаг по навощенному палисандровому паркету, не обращая никакого внимания на основную массу придворных, но не забывал одаривать своей улыбкой некоторых дам и приветствовать легким кивком своих знакомых. Кавалер ордена Золотого Руна, баннерет Бургундии барон ван Гуттен, по совместительству гранд-камергер, отвечающий за личную охрану герцогини, помимо чинов и титулов имел много прозвищ, последним из которых было прозвище Гентский Палач, полученное совсем недавно. Он не был любимцем Бургундского Отеля*, мало того, большая часть придворных, люто ненавидела его и считала не боле чем зарвавшемся выскочкой. Нелюбовь объяснялась очень просто: барон был богат как Крез, был популярен у женщин и водил дружбу почти со всеми первыми лицами Отеля, щедро осыпавшими его своей благосклонностью. И даже новый герцог Бургундии и Фландрии, муж дочери покойного Карла Смелого, Максимилиан Габсбург, с какой-то стати, не стал обходить барона милостями. Вот и сейчас, с завистью думали дворяне, он призвал его пред свои сиятельные глаза, явно не для то

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

- На нас наконец напали.

Я подивился столь неестественному спокойствию дам и приказал Анне:

- Я думаю, вам лучше остаться с ее высочеством. Я приставлю людей для охраны.

- Ваше сиятельство... - едва не сбив с ног статс-даму, в проеме двери появились 'оболтусы' Логана и Клаус. Мой эскудеро, уже успел кого-то срубить. Его котта была заляпана бордовыми пятнами, с клинка капала кровь.

- Ты старший... - я ткнул пальцем в его кирасу. - Не отходите от дам ни на шаг. Ждете моих указаний...

- Ваше слово закон, сир!.. - дружно гаркнули парни и тут же принялись сооружать в коридоре баррикаду.

За окнами грохотала схватка: лязг железа, азартные крики, вопли боли и смерти. В узеньких окошках, мелькнуло несколько огненных росчерков - нападающие стали пускать зажигательные стрелы.

На ходу заталкивая пистоли за кушак, я понесся в коридор и выбив латной перчаткой слюдяное окошко, выглянул наружу.

- Вот же суки... - невольно выругался. Все было прекрасно видно, крыши на конюшне и подсобных помещениях уже пылали, прекрасно освещая картину боя. Мои дружинники и остатки латников Линкольна, ощетинившись копьями, с сомкнутыми щитами организованно отходили к дому. Неизвестные нападающие, видимо поняв, что с сомкнутым строем тяжеловооруженных воинов, ничего не смогут сделать, осыпали сам дом и моих людей тучами стрел.

Я насчитал, по меньшей мере, около сотни нападающих, но на самом деле их могло быть гораздо больше. Неподалеку, около опушки дубовой рощи, наблюдала за схваткой группа конников, во главе с всадником в черных доспехах на могучем дэстриере. Никаких стягов или вымпелов, свидетельствующих о принадлежности к какому-либо роду, заметно не было. Главный? А если...

Тем временем, мои люди под прикрытием арбалетчиков бивших из бойниц первого этажа, в полном порядке отступили в дом, мощные входные ворота, сплошь окованные железом, с лязгом захлопнулись.

- Что и требовалось доказать... - довольно буркнул я и помчался вниз. - Теперь хотелось бы посмотреть, как вы полезете на штурм...

На первом этаже уже вовсю баррикадировали входные двери, стаскивая к ним мебель и все что под руку попало. Логан со зверской рожей орал проклятья и пинал нерадивых. Впрочем, скорее всего, просто в запале. Все старались и так - на славу. Жить то хочется.

- Потери? - я подозвал к себе Бользена.

- С пяток наших подранено, двое или трое - наглухо... - сержант чиркнул ребром кольчужной перчатки по горлу. - И полегли почти все латники его сиятельства Линкольна. Они первыми приняли удар...

- Понял. Вперед, знаешь, что делать...

На втором этаже раздался грохот - в дело вступили аркебузы мосарабов.