Сколько вопросов хотелось ему задать. В этом не было никакой логики, но Стивен до сих пор лелеял надежду, что, если картины найдутся, Байбер чудесным образом поправится. Видеть, как старый художник хватает губами воздух, было жутко, и Стивену не хотелось повторять этот опыт. Он жаждал увидеть всех четверых в одной комнате: Байбера, Финча, Крэнстона и мать. Чтобы они лучезарно улыбались ему и хором произносили одно простое предложение:
.
– Я забронировал машину, пока мы были в Хьюстоне. Дорога до Санта-Фе займет чуть больше часа, – сказал Финч, когда они приземлились. – Какие у нас планы?
– Я зарезервировал нам гостиничные номера в центре. В одном из пяти отелей из списка. Я прикидывал, что мы могли бы рано поужинать, лечь спать и прямо с утра взяться за дело.
– Ты не хочешь приступать сегодня же вечером?
Стивен не ответил, только потер ладони, пытаясь избавиться от арахисовой шелухи и соли, забившейся под ногти.
– Что, если вы правы, Финч? Она могла уехать к этому времени.
– Сомнительно, конечно, что она будет размахивать табличкой с нашими именами в зале выдачи багажа, – Финч похлопал его по спине. – Стивен, давай воспользуемся этим вечером, пока итог нашего предприятия остается тайной за семью печатями. Потратим немного казенных денег на хорошее вино, сон в мягких постелях, закажем на утро шикарный завтрак, а потом будь что будет. Согласен?
– Согласен.
Машины, которые арендовал Финч, от переезда к переезду становились все крупнее. Стивен видел в этом дурное предзнаменование. Профессор тратил деньги Крэнстона, пока была такая возможность, и, ерзая взад-вперед по сиденью «паркетника»
[57]
на каждом повороте, Стивен укреплялся во мнении, что Финч потакает ему, лишь бы не расстраивать.
Финч похлопал по обтянутому кожей рулю и улыбнулся:
– Это все равно что управлять кораблем. Полный привод, сиденья с подогревом, мультимедийная система сзади.
– Может, мне туда пересесть? – спросил Стивен.
– В городе с такой махиной не развернешься. Но здесь мы практически одни на трассе.
– Может, мы просто слишком высоко сидим, чтобы видеть остальные машины.
Финч опасливо на него покосился:
– Эта машина не самое подходящее место для содержимого твоего желудка.
Он нажал на кнопку, и окно со стороны Стивена приоткрылось, наполнив салон холодным, едким воздухом, от которого защекотало в носу.
– Просто высота непривычная, – сказал Стивен. Ему пришлось буквально запрыгивать на переднее сиденье.
– Ты прав. Тут разреженный воздух.
Стивен не помнил, когда его в последний раз окружало столько открытого пространства. Солнце висело в небе багрово-оранжевым диском, нижнюю треть которого будто скальпелем срезало плато столовой горы, а остальную часть подпирали облака в шербетных тонах.






