ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Томас и Элис созданы друг для друга. Но их мечты о счастливом будущем разрушила Натали, сестра Элис… Через много лет Томас попытается отыскать Элис и узнает, что у него есть дочь, о существовании кото... Трейси Гузман Райская птичка Впервые опубликовано в Соединенных Штатах Америки издательством Simon & Schuster, Нью-Йорк. Стихотворение Мэри Оливер «Без путешествия» (1963) публикуется с разрешения Charlotte Sheedy Literary Agency Переведено по изданию: Guzeman Т. The Gravity of Birds: A Novel / Tracy Guzeman. – New York: Simon & Schuster, 2013. – 304 p. © Tracy Guzeman, 2013 © No Voyage by Mary Oliver, стихотворение, 1965, 1976 © / Dmitriy Shironosov, maximkabb, обложка, 2013 © Hemiro Ltd, издание на русском языке, 2013 © Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», перевод и художественное оформление, 2013 * * * Заглушил мотор, но остался в кабриолете и зажег сигарету. Он так медленно курил и так долго не открывал глаз, что Элис засомневалась, не уснул ли он или, быть может, впал в очередной мрачный транс. Выбравшись наконец из тесноты переднего сиденья, он встал во весь рост, такой же высокий и стройный, как темные стволы, что выстроились у него за спиной, глотая его тень. Левая ступня Элис затекла, и ее закололо сотнями иголок. Элис дернулась. Ветки под ней хрустнули ничуть не громче, чем под лапкой маленького зверька, но он тут же повернулся в ту сторону, где она пряталась, и остановил взгляд на точке прямо над ее головой. Она затаила дыхание. – Элис, – шепнул он в теплый воздух. Она едва уловила шелест, едва разглядела движение губ. Но была уверена, что он произнес ее имя. Это объединяло их: они оба были наблюдателями, хоть и каждый по-своему. Он взял с пассажирского сиденья бумажный пакет и почти с любовью прижал его к груди. Бутылки, решила Элис, вспоминая об отце и его многочисленных путешествиях от машины к их домику и обратно. Тот бережно переноси

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Правда? Я не заметил, – отозвался Финч и посмотрел в окно на гирлянду из огоньков, которой были оплетены три ветки, сияющие в холодном воздухе. – Думаю, она до сих пор не может переварить откровения сегодняшнего дня. Им не видно было конца.

В гостинице Финч распределил, кому какие письма писать, и попрощался на ночь. Стивену он поручил оповестить Крэнстона и направить фотографии второй панели триптиха в лабораторию, а на себя взял задачу связаться с Байбером.

– И я выключаю эту чертову штуку, – сказал он, помахав перед лицом Стивена мобильным телефоном. – Если я понадоблюсь Лидии, она, как и ты, сможет позвонить мне в номер.

Благополучно запершись у себя в комнате, Финч рухнул на постель. Одно дело знать, что собираешься причинить боль абсолютно незнакомому человеку, как было с Агнетой. До сих пор она существовала для него всего в двух измерениях, как нечто воображаемое, как вымысел, в который до конца не верят. Но Стивен был настоящим, необъяснимо располагающим к себе, до буйности увлеченным, одареннейшим балбесом, отчаянно нуждающимся в одобрении единственного человека, который больше не мог его дать, – человека, которого он знал как своего отца.

Мысль о том, что придется сказать Стивену правду, которая, вероятно, его опустошит, была Финчу невыносима.

Помоги мне, Клэр

. Он закрыл глаза и зарылся лицом в накрахмаленную простыню в горячей мольбе к небесам – чтобы в эту минуту ее голос не стих для него навсегда, подобно звезде, упавшей с темного неба в бездну молчания.

Ее дыхание согрело ему щеку.

Мне больно видеть тебя таким.

Как мне быть?

Наступила тишина, и в этой тишине глухим ударом по сердцу Финч ощутил каждый день, прожитый без жены.

Ему будет больно.

Да. Но он будет исцелен. Его семья больше, чем он думал. Сводная сестра и ее мать. Мужчина, которого любит последняя, племянник того мужчины и женщина, которая о них всех заботится. И ты, Денни. Разве ты ему не друг?

Это разные вещи.

Клэр насмешливо фыркнула, и ее волосы защекотали Финчу ухо.

Ах, неужели? Укладывайся спать, дуралеюшка. Ты вконец себя извел. Нужно набираться сил, если хочешь катать моего внука на своем упрямом загривке.

У себя в номере, слишком взбудораженный, чтобы спать, Стивен загрузил фотографии в ноутбук, быстро направил их в лабораторию и отстучал сообщение Крэнстону. Рискуя навлечь на себя гнев Финча (который, впрочем, не обещал быть настолько лютым, чтобы его нельзя было умаслить), он послал несколько фотографий миссис Блэнкеншип, проинструктировав ее как можно скорее распечатать их и показать Байберу: Агнета на заднем дворе рядом с одной из своих скульптур; Элис и Агнета под картиной; и, чтобы показать Байберу, что его дочери симпатичен человек, которому он поручил ее разыскать, – фото, где они с Агнетой стоят у камина.