ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Прошли годы, но нисколько не потускнел блестящий ум Наставника, не утратил роковую силу и точность его удар. Эцио Аудиторе отправляется в эпическое путешествие, чтобы найти пропавшую библиотеку Аль... Откровения Оливер Боуден Oliver Bowden ASSASSIN’S CREED: REVELATIONS © И. Иванов, перевод, 2016 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2016 Издательство АЗБУКА® Путник взялся за древко стрелы. И хотя ее зазубренная головка пробила металл доспеха, острие лишь поцарапало кожу. Выдернув стрелу, путник отшвырнул ее в сторону. Тем временем на обрыве, по обе стороны от бритоголового капитана, появилось больше сотни вооруженных людей. Все они были одинаково одеты и стояли, держа на изготовку оружие. Их лица скрывались под шлемами, однако черные орлы на мундирах подсказывали путнику, что это за люди и чего от них ждать, если он окажется у них в плену. Как он мог попасться в столь простую ловушку? Должно быть, сказывается возраст. Ведь были приняты все меры предосторожности. Он присмотрелся к их оружию. Мечи и алебарды, сочетающие в себе пики и топоры. Путник отступил, готовый встретить противников, которые быстро спускались к нему, намереваясь окружить со всех сторон. Считая его своей добычей, они тем не менее не решались подойти ближе чем на длину алебарды. Путник чувствовал: даже при таком численном преимуществе они боятся. Ничего удивительного, слишком уж хорошо известна его репутация. Путник шевельнул руками, выдвинув два узких серых, смертельно опасных клинка. Внутренне собравшись, он отразил первый удар. Похоже, его надеялись взять живым. Затем нападавшие ринулись со всех сторон, угрожая алебардами и пытаясь повалить его на колени. Он резко повернулся, двумя точными движениями перерубил древки ближайших алебард и затем нашел одному из них лучшее применение – вогнал его в грудь владельца. Противники приближались. Путник успел вов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Эцио понравилась мягкая кожаная упряжь и удобное высокое седло, сделанное искусным ремесленником. Он в который раз отказался от сопровождения, но с благодарностью принял запас продовольствия. Последний отрезок его путешествия будет пролегать по землям, где когда-то хозяйничали иерусалимские крестоносцы, основавшие здесь свое королевство.

Наступил день отъезда. Последний, самый важный и опасный отрезок его путешествия. Эцио не знал, завершится ли оно благополучно и завершится ли вообще. Но для него оно было лишь путешествием, которое необходимо совершить. Старикам надлежит быть исследователями. Сейчас Аудиторе наконец-то понял эту истину.

– Да хранит тебя твой бог, Эцио, – сказал ему Аль-Скараб.

– Баракаллах фик, мой друг, – ответил, пожимая руку верзилы-пирата. – Да благословит тебя Бог.

– Мы еще встретимся.

– Да.

В глубине сердца каждый из них сомневался в этом, но слова утешали их, а остальное не имело значения. Глядя друг другу в глаза, оба знали: они идут разными путями, но являются частью одного братства.

Эцио уселся на гнедую лошадку. Тронув поводья, он развернул ее к воротам.

Ни разу не оглянувшись, он выехал из города и направился на север.

9

Если брать по прямой, Акру и Масиаф разделяли триста с небольшим километров пустыни, земля которой казалась Эцио мягкой и податливой. Действительность сильно опровергла его предположения. Вот уже двести лет подряд Османская империя неутомимо расширяла свои границы. Вершиной их продвижения стал захват Константинополя, осуществленный в 1453 году двадцатилетним султаном Мехмедом II. Нынче щупальца турок тянулись еще дальше. На западе они достигали Болгарии; на юге и востоке – Сирии, некогда бывшей Святой землей. Восточная береговая полоса Белого моря с жизненно важными гаванями, позволявшими кратчайшим путем добраться на запад по воде, являлась украшением османской короны. Однако власть турок в этих местах все еще оставалась хрупкой. Эцио знал: рано или поздно ему придется вступить в сражение, и чем дальше на север, тем эта вероятность становилась ощутимее. Бо́льшую часть пути он старался ехать вдоль берега, так, чтобы видеть слева сверкающие морские воды. Он поднимался на высокие утесы, поросшие колючим кустарником. Эцио выбирал для передвижения раннее утро и поздний вечер. Самые жаркие часы он прятался от палящего солнца. На ночной сон оставалось всего четыре часа.

Путешествие в одиночку имело свои преимущества. Одному намного проще смешаться с толпой, тогда как отряд сопровождающих, наоборот, привлекал бы излишнее внимание. Зоркие, опытные глаза Эцио заранее распознавали опасности. Это была разбойничья страна, наводненная шайками безработных наемников, имевших смутное представление о дисциплине.