ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Прошли годы, но нисколько не потускнел блестящий ум Наставника, не утратил роковую силу и точность его удар. Эцио Аудиторе отправляется в эпическое путешествие, чтобы найти пропавшую библиотеку Аль... Откровения Оливер Боуден Oliver Bowden ASSASSIN’S CREED: REVELATIONS © И. Иванов, перевод, 2016 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2016 Издательство АЗБУКА® Путник взялся за древко стрелы. И хотя ее зазубренная головка пробила металл доспеха, острие лишь поцарапало кожу. Выдернув стрелу, путник отшвырнул ее в сторону. Тем временем на обрыве, по обе стороны от бритоголового капитана, появилось больше сотни вооруженных людей. Все они были одинаково одеты и стояли, держа на изготовку оружие. Их лица скрывались под шлемами, однако черные орлы на мундирах подсказывали путнику, что это за люди и чего от них ждать, если он окажется у них в плену. Как он мог попасться в столь простую ловушку? Должно быть, сказывается возраст. Ведь были приняты все меры предосторожности. Он присмотрелся к их оружию. Мечи и алебарды, сочетающие в себе пики и топоры. Путник отступил, готовый встретить противников, которые быстро спускались к нему, намереваясь окружить со всех сторон. Считая его своей добычей, они тем не менее не решались подойти ближе чем на длину алебарды. Путник чувствовал: даже при таком численном преимуществе они боятся. Ничего удивительного, слишком уж хорошо известна его репутация. Путник шевельнул руками, выдвинув два узких серых, смертельно опасных клинка. Внутренне собравшись, он отразил первый удар. Похоже, его надеялись взять живым. Затем нападавшие ринулись со всех сторон, угрожая алебардами и пытаясь повалить его на колени. Он резко повернулся, двумя точными движениями перерубил древки ближайших алебард и затем нашел одному из них лучшее применение – вогнал его в грудь владельца. Противники приближались. Путник успел вов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он знал, зачем в Масиафе появились тамплиеры, и должен был им помешать.

Главное, он пока еще жив.

Эцио продолжал следить за орлом. Из узкого башенного окошка ему было видно каждое перо птицы, ярко-белое на конце. Он любовался орлиным хвостом, похожим на руль корабля. Цвет хвоста, белый с коричнево-черными крапинками, был схож с цветом седеющей бороды ассасина.

Пленник смотрел на полет орла, но думал о своем путешествии, мысленно возвращаясь к его началу.

В жизни Эцио хватало башен и парапетов. Например, парапет крепостной стены в испанском городке Виана, откуда он сбросил Чезаре Борджиа, и тот разбился насмерть. Было это в 1507 году от Рождества Христова. Всего четыре года назад, а кажется, словно прошло четыре столетия, настолько далекими стали те события. Потом были другие злодеи, другие претенденты на мировое господство. Все они появлялись и исчезали, и каждый искал тайну власти и тайну силы. А он, впервые ставший узником, нещадно боролся с каждым.

Вся жизнь Эцио состояла из битв.

Орел резко развернулся. Его движения стали сосредоточеннее. Эцио продолжал наблюдать за хищником. Он не сомневался: орел высмотрел добычу и теперь готовился упасть на нее камнем. Но какая жизнь может существовать в этих суровых местах? Впрочем, внизу, в тени Масиафа, находилась одноименная деревня. Здесь люди держали скот, возделывали клочки скудной земли. Скорее всего, орел высмотрел среди холмов, усеянных серыми камнями, дикую козу. Возможно, молодую и неопытную. Или старую и усталую. Не исключено, что и покалечившуюся на каменных кручах. Орел летел против солнца, и на мгновение его силуэт пропал в нестерпимо-ярком свете. Вновь появившись, он начал сужать круги своего полета. Вскоре он застыл в бескрайней небесной голубизне и вдруг с быстротой молнии ринулся вниз, исчезнув из виду.

Эцио повернулся к окну спиной и оглядел свою камеру. Деревянная койка; точнее, топчан, грубо сколоченный из досок. Ни подстилки, ни одеяла. Кособокий стул и стол. Никакого распятия на стене. А на столе – его обед в простой оловянной миске. Оловянная ложка застыла в холодной каше, к которой Эцио не притронулся. Рядом с миской – деревянная кружка. Эцио очень хотелось пить, но он не сделал ни глотка. Есть ему тоже хотелось, однако он боялся, что тамплиеры подмешали в кашу и воду какое-нибудь зелье. Эцио знал о существовании снадобий, забирающих силу и туманящих разум. Тамплиеры вполне на такое способны.

Он вновь окинул свою темницу взглядом, но грубые каменные стены не давали ему ни успокоения, ни надежды. Ни один предмет в камере не мог служить подспорьем для побега. Эцио вздохнул. Ведь были же другие ассасины, знавшие о его миссии и хотевшие поехать вместе с ним. А он настоял, что поедет один.