ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... С.К. Хартли - Жили-были… Перевод: Renka Сверка: Euphony (1-5 главы); Solitary-angel (с 6 главы и до конца) Редактура: Euphony (1-5 главы); Lambda (с 6 главы и до конца) Художественное оформление: Renka Переведено специально для сайта В позе морской звезды. С разинутым ртом. Из которого вырывались звуки погромче сирены. О-бал-деть. Чувак спал, зарывшись лицом в мою чудесную подушку из гусиного пуха, и был... ну, скажем так, Совсем-Не-Обаяшкой. И не надо меня судить. Я была пьяна. То есть прошлым вечером я, видимо, по собственной воле притащила его к себе в квартиру. Мои глаза прошлись по всему телу, пытаясь договориться с тем участком мозга, который отвечает за здравый смысл. Вот интересно, куда он, чёрт возьми, подевался, когда был нужен больше всего? У Совсем-Не-Обаяшки были светлые волосы, коротко подстриженные сзади и по бокам головы и более длинные на макушке, и слегка загорелая кожа. Когда мой взгляд устремился дальше, я заметила очень голую задницу, наполовину прикрытую тонкой простыней. Недурно. Минуточку! Это ещё что за чертовщи… О нет! Я быстро прикрыла свободной рукой глаза, пытаясь избавиться от картинок, навсегда отпечатавшихся в моей памяти. Чтобы стереть их, не хватит отбеливателя во всех «Уолмартах» мира. Картинки заполнили мой мозг, пока я старалась вспомнить, что, чёрт возьми, вчера произошло. Не могла я спать с… этим. Я решила заглянуть под простыню, прикрывающую моё тело. С опаской отодвинула её в сторону и все поняла. От облегчения у меня вырвался вздох. Ничего. Вчера абсолютно ничего не произошло. Сверху я, ясное дело, была голой, а ниже? Ага, полностью прикрыта. Совсем-Не-Обаяшка, безусловно, оправдал своё прозвище. В буквальном смысле. Не смог «

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ну эта, где муж кувыркается с секретаршей, а дети толкают мать к выпивке, в то время как краска на заборе трескается с каждым коктейлем, который вливает в себя мать. Ага, как по мне, больше смахивает на кошмар, чем на мечту.

Прошло несколько долгих минут, прежде чем я услышала щелчок замка во входной двери. Ну наконец-то, елки-палки!

Шоу начинается.

Закрыв глаза, я подавила садистскую улыбочку и с волнением стала ждать начала представления. У меня заболели уши, когда я услышала тяжелые шаги по деревянному полу гостиной, но боль стихла, когда звук шагов поглотил ковер на полу в спальне.

Я продолжала ждать.

И тут, как по заказу…

– Что, чёрт побери, это такое? – прогремел голос Куинна.

Мне хотелось рассмеяться. Даже в такой компрометирующей ситуации мне хотелось расхохотаться во все горло, но я сдержалась. Нужно было сосредоточиться и оставаться в образе. Я вскочила, так сильно размахивая руками и ногами, что один раз заехала Совсем-Не-Обаяшке в челюсть и дважды – между ног. Так, на всякий случай.

Актерское мастерство на высочайшем уровне, клянусь.

– Куинн! П-почему ты дома? – неуверенно пробормотала я, натянув одеяло на голую грудь.

И тут уже проснувшийся мужик выпрыгнул из кровати:

– Это не то, что ты думаешь!

Прикусив губу, я сообразила, насколько серьезно Куинн отнесся к моей «боеготовности номер один», учитывая тот факт, что в правой руке у него была бейсбольная бита. Я перевела взгляд на соседа по койке. Обеими руками прикрывая хозяйство, он лихорадочно оглядывался вокруг в поисках одежды.

Я сомневалась, что для этого ему нужны обе руки. Но кто я такая, чтобы судить?

– Это не то, что ты думаешь, приятель, – взмолился Совсем-Не-Обаяшка. – Клянусь.

Он стал натягивать джинсы, даже не заметив, что надевает их задом наперед.

– Я ничего не помню.

Ну, если это не удар по моему эго, тогда уж и не знаю что.

– Ты трахаешь мою жену, а потом говоришь, что даже не помнишь этого?! – заорал Куинн, подняв биту и ткнув ею в сторону дрожащего Совсем-Не-Обаяшки. – У тебя три секунды, до того как я засуну эту биту тебе в одно место.

– Я кля…

Но Куинн его перебил, начав отсчет:

– Один. – Он подмигнул, почесал битой щетину на подбородке.

– Твою мать! Я уношу ноги. – Совсем-Не-Обаяшка с воплями бросился вон из квартиры, перед этим успев пару раз споткнуться и врезаться в бог знает что в гостиной.

Как только за ним захлопнулась дверь, Куинн расхохотался во все горло

Слабый смешок, который я пыталась подавить, сорвался с моих губ. И вместе с моим другом-геем мы хохотали до слез.

Когда через несколько минут слезы высохли, я увидела, что Куинн уставился на меня с крайне серьезным видом. Бейсбольная бита, о которой давно забыли, лежала на краю кровати. Я устало посмотрела на Куинна.