ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На своей земле, своему государству эти люди были не нужны. Более того, опасны своей памятью. Поэтому они ухватились за возможность покинуть этот мир, уйти в новые, неизвестные края, попытаться пост... Исход Александр Михайлович Авраменко Пролог Пошли! Пошли!! Пошли!!! Не издававшие ни единого звука, кроме тяжёлого дыхания и сопения людей, тянущих тяжёлую ношу, тёмные тени рванули ещё быстрее по мрачному, изрытому воронками полю. – Пеленг? – Двадцать два! – отозвался отрывистый голос одной из теней. Группа резко изменила направление бега, сворачивая к небольшому холму, практически не изменившему своей формы, несмотря на постоянные обстрелы. Ну, разве что массивное гранитное основание было исчиркано осколками бомб и снарядов крупного калибра. Внезапно все, без команды, плюхнулись на мокрую землю. Луч мощного прожектора скользнул над притаившимися людьми. «МиГ» ушёл дальше, выхватывая в своём слепящем сиянии изуродованную землю, разбросанные повсюду трупы, обломки оружия и кольев с обрывками колючей проволоки. Одна голова неизвестных теней чуть приподнялась, надвинула на глаза ноктовизор и выругалась – прибор не работал. – Что? – Засветили, сволочи! – А я предупреждал – выключи! – Так я… – Всё! Прекратили галдёж. Чисто! Тени вновь поднялись, уже не особо скрываясь, приблизились к холму. Короткое движение расплывчатой во мраке руки – и группа спокойно двинулась прямо сквозь камень. Точнее, через его голографию. Резкий поворот в свете ручных фонарей – и все оказались в небольшом тамбуре, в стене которого нелепо красовалась большая металлическая дверь корабельного типа. С натугой один из группы крутанул колесо-задрайку в центре, оно послушно щёлкнуло, потом провернулось, и, ухватившись за его края, двое из неизвестных людей распахнули толстый броневой лист до упора. Все рванули вперёд, бесцеремонно волоча по полу неподвижное тело в непривычной глазу униформе. Едва последний

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Та опасливо сжимается, но его улыбка так похожа на мою.

– Привет… сестрёнка. Меня Вовой зовут.

Она смотрит на громадину, потом смущённо отвечает:

– Я – Юница. А почему ты меня сестрой назвал, дяденька?

– Папа ведь тебя дочкой называет?

– Угу, – кивает она. Потом вдруг поражённо выдыхает: – А что, мой папа и твой папа?! Одновременно?

– Ну да. Так что ты – моя сестра. Младшенькая. Согласна?

– Согласна. – Смотрит широко распахнутыми глазёнками.

Вовка шутливо трогает её за носик:

– Ты красивая. Я рад, что у меня такая симпатичная младшая сестра.

– А я рада, что у меня такой большой братик…

Девочка счастливо улыбается. Потом чмокает Вову в щёку, и тот смущённо улыбается, глядя на будущую мачеху, так и застывшую в некоем остолбенении. Потом отпускает девочку на землю, лезет в карман, достаёт оттуда шоколадку, открывает упаковку, протягивает ей:

– Вот тебе за знакомство, как у нас говорят.

Юница несмело берёт, откусывает крохотный кусочек, потом буквально вгрызается в лакомство. А я вспоминаю обещание гараху. Тем более что до его обиталища уже совсем близко.

Теперь Аора и сын смотрят друг на друга. Парень на мгновение склоняет голову, потом щёлкает каблуками. Женщина вздрагивает, торопливо представляется, едва не дёрнувшись присесть в полупоклоне, как положено по этикету:

– Баронесса Аора ун Ангриц.

– Очень приятно с вами познакомиться, баронесса…

Затем поворачивается к бордовой, словно свёкла, океанке. Вопросительно произносит её имя:

– Хьяма?

Она опускает голову.

– Как мой батя, не обманул? Похожи мы?

Она молчит, не в силах произнести ни слова. Девочки из фургона сгрудились в кучку возле прицепа, зачарованно смотрят на сына. А я… А что – я? Я горд! И счастлив.

Пауза затягивается, и я решаю её нарушить:

– Эй, вы, двое, потом почирикаете. Дело не ждёт.

Будущая семья одновременно поворачивается на мой голос, и я показываю на гору ящиков и бочек:

– Разобрать надо…

Слышу Вовкин вздох:

– Прости, но надо.

И ответ, шелестящий ветерком:

– Знаю… Долг превыше всего…

Аккуратно упакованные ящики с едой. Переложенное сухим льдом мясо в пенопластовых контейнерах, непонятно откуда добытых. Может, в контейнеровозе нашли? Не знаю. Крупа, молодая картошка. Отдельно – четыре больших ящика с надписью на русийском: «Собственность Михха Брумма». Значит, лично мне. Вовка рядом объясняет:

– Боеприпасы, жрачка. Оружие решили пока не посылать. Положили побольше еды. Вам надо пройти ещё сутки. А там уже должны встретиться с нашими. «Зубр» вышел с Новой Руси одновременно с два-шесть. Так что уже должен дойти до базы-ноль четыре. Там ребята отдохнут и двинут к вам навстречу.

– Понятно. А то Серёга по рации вечно: ждите, терпите. Ничего толком не говорит.

– А… – Сын машет рукой в привычном жесте. – Вечно он шифруется.