ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Неспокойно в бушующем море миров. Снова попадание – и снова новый мир. 1903 год, до Русско-японской войны остаётся очень мало времени, а пропустить такое «веселье» Макс просто не может. Значит, снова... Отрок Владимир Геннадьевич Поселягин Серия «Наши там» выпускается с 2010 года © Поселягин В. Г., 2017 © Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2017 © «Центрполиграф», 2017 * * * – Афанасьев, убери людей с кормы, тут почти все раненые. Я понимаю, что на радостях они готовы ещё японские корабли потопить, но они мне живые нужны. Займись перевязками, спусти их в нижние отсеки. – Хорошо, ваше благородие. – Ох, Афанасьев. Точно плетей получишь. Какое я тебе «благородие»? Выполняй приказ. – Есть. – Ещё пятерых пошли в машинное отделение, пусть кочегаров заменят, а то последняя смена, похоже, выдыхается. – Будет сделано. Пока боцман выполнял приказ, даже смог подобрать новый расчёт для кормовой пушки, трёх человек, я повернулся к мичману. Водяные столбы часто вставали то тут, то там, мы на них особо и не обращали внимания, мажут япошки, но вдруг рядом с левым бортом встал очередной водяной столб. Рулевой начал оседать, из его распоротого осколком горла стала хлестать кровь, но штурвала он не выпускал. Только когда мичман перехватил управление, отпустил его и завалился на палубу рубки. Всё это я наблюдал, перевязывая куском разорванной рубахи свою ногу, чуть выше колена, куда впился осколок, который я выдрал, ухватив окровавленными пальцами. Бинты у нас ещё с полчаса назад закончились. Хм, похоже, единственный, кто ещё не получил ранение, – это наш мичман, на нём действительно не было ни царапинки. Санитар вытащил убитого рулевого, а я стал руководить стоявшим у штурвала мичманом: – Штурвал на левый борт… Теперь на правый… Опять пристрелялись сволочи, нужно сбивать им прицел. Миноносец рыскнул с курса, действительно уходя из прицелов японских наводчиков, такое было н

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Прыжком заскочил в коляску и стегнул поводьями по спинам сонных лошадей. Не сразу, но я заставил их двигаться и погромыхал по булыжникам в конец улицы. В общем, обрубив последнюю ниточку, успел свалить. Все, кто знал обо мне, ликвидированы, все материалы на бумаге я уничтожил, подчистил хвосты, так сказать, что не могло не радовать. Конечно, есть шанс, что сведения обо мне, хотя бы устно, могли ещё куда-то уйти, но теперь я это уже не узнаю. Поэтому остаётся уповать, что подчистил я за собой хорошо.

Держа одной рукой поводья, я перезарядил пистолет, в доме всё прощёлкал, больно уж там как-то сумбурно получилось, и убрал его в оперативную кобуру на поясе. На одной из улиц в тех же трущобах избавившись от коляски, я двинул пешком в центр города. Коляску тут быстро уведут, так что за подчистку хвостов я был спокоен. Приметив открытый паб, зашёл в него и, заказав поесть, уселся в тёмный угол. Когда поел, поспешил покинуть заведение. Несмотря на то что я закончил с резко появившимися проблемами, дела не ждали, я же не просто так появился в Англии. Кстати, как на нас вышли, Хайнекен пояснил. Всё оказалось до безобразия просто. Они отрабатывали тех, кто мог завалить их премьера, газеты вон как шумят, вся Англия в шоке и в ярости от такой наглости. В общем, винтовку нашли и стали отрабатывать всех азиатов. Тут сработала наша хитрость. Однако выяснилось, что я перемудрил с ней. Оказалось, один из слуг в отеле хоть и плохо, но знал китайский, а мы записали там Ена именно как китайца. Он и слышал, когда мы вселялись, наши переговоры. А общались-то мы на японском, так как китайского я не знал. Думал, никто не поймёт, идиот. Вот так разведчики и проваливаются. В общем, когда начались поиски, этот услужник, который был агентом полиции, вспомнил о нас, и разведка стала отрабатывать эту версию. Так Степана и взяли. Ну а дальше легко раскрутили всю версию. Стёпа, кстати, подтвердил, что винтовку мы привезли, а забрал я её за несколько часов до начала отстрела, так что англичане поняли, что напали на след. Они-то Ена с Игнатом не брали только потому, что ожидали моего возвращения, вот и дождались. Одно хорошо – победные доклады наверх не слали о том, что нашли возможного убийцу, только докладную записку своему начальству, хотели взять меня живым и представить на суд общественности. Да и адмирал тоже держал информацию обо мне в секрете, уж очень он, по словам Хайнекена, хотел пообщаться со мной на предмет моего желания отправиться на Дальний Восток воевать с японцами. Его тема, вот он и хотел узнать, откуда я знал о скорой войне. А так, если доложить наверх по инстанции, меня заберут, потом на суд, нормально, без свидетелей, не допросишь. Суд точно открытым будет, и никто не узнает, где могилка моя. В общем, свезло, подчистил хвосты.