ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Неспокойно в бушующем море миров. Снова попадание – и снова новый мир. 1903 год, до Русско-японской войны остаётся очень мало времени, а пропустить такое «веселье» Макс просто не может. Значит, снова... Отрок Владимир Геннадьевич Поселягин Серия «Наши там» выпускается с 2010 года © Поселягин В. Г., 2017 © Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2017 © «Центрполиграф», 2017 * * * – Афанасьев, убери людей с кормы, тут почти все раненые. Я понимаю, что на радостях они готовы ещё японские корабли потопить, но они мне живые нужны. Займись перевязками, спусти их в нижние отсеки. – Хорошо, ваше благородие. – Ох, Афанасьев. Точно плетей получишь. Какое я тебе «благородие»? Выполняй приказ. – Есть. – Ещё пятерых пошли в машинное отделение, пусть кочегаров заменят, а то последняя смена, похоже, выдыхается. – Будет сделано. Пока боцман выполнял приказ, даже смог подобрать новый расчёт для кормовой пушки, трёх человек, я повернулся к мичману. Водяные столбы часто вставали то тут, то там, мы на них особо и не обращали внимания, мажут япошки, но вдруг рядом с левым бортом встал очередной водяной столб. Рулевой начал оседать, из его распоротого осколком горла стала хлестать кровь, но штурвала он не выпускал. Только когда мичман перехватил управление, отпустил его и завалился на палубу рубки. Всё это я наблюдал, перевязывая куском разорванной рубахи свою ногу, чуть выше колена, куда впился осколок, который я выдрал, ухватив окровавленными пальцами. Бинты у нас ещё с полчаса назад закончились. Хм, похоже, единственный, кто ещё не получил ранение, – это наш мичман, на нём действительно не было ни царапинки. Санитар вытащил убитого рулевого, а я стал руководить стоявшим у штурвала мичманом: – Штурвал на левый борт… Теперь на правый… Опять пристрелялись сволочи, нужно сбивать им прицел. Миноносец рыскнул с курса, действительно уходя из прицелов японских наводчиков, такое было н

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тёзка осмотрел несколько окровавленных листов, задумчиво поглядывая на меня, и я с кривой усмешкой расстегнул рубаху, показав заживающую рану на груди. Эти документы отплыли под присмотром Степана, а он был человеком Гарина, в Россию. По словам Максима, его отправил со мной начальник разведки штаба флота Российской империи, так что и документы попадут к нему. Надеюсь, тот знает, как ими распорядиться…

Команды всех трёх судов аврально работали, готовя их к скорому выходу, нам нужно покинуть эти широты до начала осенних штормов. Помочь парням я не мог, весь день заняло оформление и регистрация судов в реестре гражданского флота. Гарин же, когда основные дела по оформлению были закончены – он со своей стороны это всё вёл, чтобы было оформлено, как положено, – получил от старпомов всех трёх судов списки с имуществом, которое необходимо закупить, и рьяно принялся за дело. И не важно, что работать он начал под вечер, это его стихия. Сложность с оформлением заключалась в порте приписки судов, приобретал-то я их здесь, но, к счастью, благодаря телеграфу связь с Питером была и наш нотариус был на прямой связи с администрацией порта Санкт-Петербурга. Не скажу, что оформить и приписать все три судна к порту другого государства обычное дело, но и мы не стали в этом пионерами, бывало уже такое. А нужно это было для того, чтобы на флагштоках поднимать флаги гражданского флота России. У нас было два в наличии, с собой привезли, нужно ещё где-то четыре найти, с запасом. И мы этот вопрос решили, купив у других русских кораблей из их запасов.

Остальное оформление займёт ещё дня три, пока я не получу на руки судовые документы на все три приобретения, но они уже сейчас числятся за мной, а в реестре гражданских морских судов Российской империи появилось три наименования. Яхта моя получила название «Щука», «американец» стал «Окой», а угольщик – «Днепром».

Все три судна стояли неподалёку друг от друга, от берега к ним шли тяжело гружённые лодки, товары поднимали на борт один за другим. Дождь прекратился, но всё равно погода не радовала, даже в бухте были высокие волны, однако местные лодочники от работы не отказывались, так что склады и кладовые всех трёх судов достаточно быстро пополнялись. В бункеры залили чистую питьевую воду. Да и бочками её набрали. Пусть будет в запасе.

Тимофей организовал охрану пакгауза, где частично находились мои покупки. Пока грузить их в трюм «Оки» я не спешил, а то, что уже было загружено, после инвентаризации в компактной упаковке тоже последует на склады перед доставкой в док. Завтра нужно перегонять судно к докам для модернизации. В целом комплектность нашего грузовика меня устраивала, а вот грузовая стрела на борту – нет, причём категорически, слишком слабая.