ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Я не прошу тебя простить меня, я умоляю об этом.» Когда Лекси возвращается домой в Техас после десятилетнего отсутствия, она удивлена тому, как радушно встречают ее дальние родственники. Но настоя... Прости меня Эшли Бил Глава 1 Единственная вещь, которая может порезать тебя сильнее, чем лезвие, В то же время способна тебя спасти. Любовь. - Эшли М. Бил Я все еще помню свою первую влюбленность. Мне было тринадцать лет. Скажете, что я была слишком молода? Может быть. Но, все же, она была настоящей. Мы с Зендером Филдсом ходили в школу вместе всю жизнь. Что заставило меня влюбиться в него в тринадцать? Ну, обратное было почти невозможно. Мы жили у одной дороги, его семья на одном конце, а моя – на другом. Моя семья состоит из двух братьев и двух сестер. Также у меня есть мама, которая постоянно находилась в таком напряжении, что ей приходилось принимать мышечные релаксанты и антидепрессанты. Папа вкалывал на двух работах, и его никогда не было дома. Мои братья были старше и постоянно попадали в неприятности, а обе сестры – младше и слишком инфантильны. Я, ну, я была где-то посредине, ребенок, который не привлекал слишком много внимания. По утрам я часто уходила в школу, не позавтракав. Я днями не принимала ванну, и мне приходилось дважды носить одну и ту же одежду, прежде чем ее постирают. Мама не была ужасной матерью, просто у нее не было для меня времени. У папы определенно не было времени ни на кого из нас, ему едва хватало времени на себя. Вся мамина энергия уходила в основном на младших, а старшие братья заботились больше о себе или девушках. Так что мне приходилось заботиться о себе самой. Я не жаловалась. Вообще-то, я едва разговаривала. Я была в восьмом классе, что значило, что я наконец-то получила место в задней части автобуса. Мне нравилось это не по тем же причинам, что и другим студентам. Им задние места нравились потому, что там они втихаря могли делать то

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он подошел ко мне еще ближе, пока наши дыхания не смешались.

– Лекси, – мягко сказал он, наклонившись чуть ближе. Я могла чувствовать вкус его слов на своих губах, и потребовалось приложить огромные усилия, чтобы не среагировать на близость между нами. – Ты должна была мне рассказать.

Мои глаза были закрыты, пока меня не оттолкнули назад. Открылись они в тот же миг, как я оказалась прижата спиной к холодной стене. Руки Зендера держали меня за бедра, и он приподнимал меня, пока я не встала на цыпочки. Его рот обрушился на мой так жестко и так быстро, что у меня опять закружилась голова. Наши губы соприкасались, вспоминая вкус, искры, блаженство, эйфорию, любовь. Все вместе. Все, что у нас было. Они были связаны и соединились вновь. Все кусочки легли на свое место.

Когда Зендер отодвинулся от меня, я задыхалась от желания и хотела большего. Жаждала большего.

Он сделал шаг назад, оставляя меня стоять в стороне, и затряс головой.

– Это была ошибка.

Ох.

– Да, – я кивнула головой, соглашаясь с ним, хотя мое тело яростно протестовало. Я знала, что он чувствовал сильное желание, его эрекция была тому свидетельством. Но да, это было ошибкой. У него скоро свадьба, мы не виделись целую вечность, и между нами накопилось слишком много всего.

– Я, хм, – он шагнул назад, в сторону дверей и прочь от меня. – Я должен вернуться на улицу.

– Подожди, – я сказала это, когда он почти ушел. Он снова повернулся ко мне, движение было резким. – Он знает о тебе. Он хочет встретиться и узнать тебя, как отца.

Зендер опустил глаза к полу, неуверенный в ситуации.

– Я не уверен, смогу ли это сделать, – и затем он ушел.

Я уставилась на место, где он только что стоял, и мое сердце разбилось окончательно. Он не хочет знакомиться с нашим сыном.

Его

сыном. Джастин – это весь мой мир. Его родной отец отказывается с ним знакомиться. Кроме всего прочего, это являлось моим самым большим кошмаром. Это было последнее, чего я когда-либо ожидала от Зендера.

Оторвавшись от Джастина, я спросила его, как он провел время со своей тетей. При взгляде на него было понятно, что затянувшиеся допоздна посиделки прошли удачно, и это согрело меня изнутри. Мне было грустно оттого, что у него не было ничего подобного раньше, но меня радовал тот факт, что это появилось у него сейчас. Я хотела, чтобы он был тесно связан со всеми своими дядями и тетями, даже с моими родными, но не видела возможности для последнего. По крайней мере, не сейчас. Не пока мы находимся здесь. Но сейчас, когда папа о нем знает, может быть, он попытается все-таки узнать своего внука поближе, в конечном счете.

На скамейке у стола я заняла место рядом с Джастином, сев между ним и Магнолией. Все, казалось, были поглощены разговором, включая Джастина, разговаривавшего о спорте с Риз.