Неподготовленность и суматоха ничем не помогут пациенту, и категорически неприемлемо осложнять и без того стрессовую ситуацию личной драмой.
Будь у них время, она бы отправилась к одной из социальных работниц, чтобы выслушать ее мнение, вернуться на исходную и обрести ясность ума. Но с учетом всех событий, все, что она могла себе позволить — это минуту фирменного глубокого дыхания, запатентованного Рейджем.
Без намека на эротику.
Скорее из разряда йоги, когда он наполнял легкие воздухом за три отдельных вдоха, удерживал кислород внутри, а потом долгим выдохом расслаблял все мускулы.
Точнее, пытался ослабить напряжение в мускулах.
Ладно, совсем не помогло.
Поднимаясь на ноги, Мэри должна была разобраться с двумя пунктами, чтобы взять себя в руки: первое — она заправила блузку и пропустила сквозь пальцы волосы, которые решила отращивать. И второе — она спрятала чувства под маской, надевая на лицо подобие заботы, теплоты и не-истерики относительно своей собственной пост-травмы.
Когда Мэри вышла в коридор второго этажа, запах растопленного шоколада и выпекавшихся сахара-масла-муки сообщил ей, что Ночь Печенья была в самом разгаре… и в короткий миг умопомрачения она подумала о том, чтобы открыть окна и позволить холодному октябрьскому воздуху очистить дом от запахов.
Контраст между домашним уютом и молотом, который она собиралась обрушить, казался в лучшем случае неуважительным, в худшем — еще одной гранью трагедии.
Помещение Убежища изначально было трехэтажным зданием времен девятнадцатого века и обладало всей грацией и утонченностью хлебницы. Что здесь было — так это множество спален и ванных комнат, пригодная к использованию кухня и уединенное расположение, такое, что человеческий мир никогда не догадается, что среди них обитают вампиры. Потом последовало расширение. После смерти Велси, когда Тор сделал пожертвование в ее память, строители среди расы вампиров пристроили Крыло Веллесандры. У них появилась общая комната, вторая кухня, достаточно большая, чтобы вместить общую трапезу, а также четыре дополнительные спальни для женщин и их детей.
Марисса управляла заведением, руководствуясь сострадательным сердцем и фантастически трезвым взглядом, ей помогали семь советников, включая саму Мэри, и все они делали необходимую, наполненную смыслом работу.
Которая порой разрывала сердце на части.
Мэри бесшумно открыла дверь, ведущую на жилой чердак, потому что собственноручно смазала петли пару ночей назад. Однако абсолютно все ступени скрипели, пока она поднималась наверх, старые деревянные доски стонали, даже несмотря на то, что она ступала мягкими туфлями на плоской подошве.
Было невозможно не ассоциировать себя с Мрачным Жнецом.






