Он тихо прошел через утреннюю комнату, бросил взгляд на кровать, затем осмотрел комнату, пока не встретился со мной взглядами. Он нахмурился и на мгновение выглядел удивленным.
— Александра, я думал, что ты уже спишь в такой час.
Я опустила голову и посмотрела на свои ноги, осознав, что я даже не переоделась в ночную сорочку. Вся моя энергия ушла на то, что я могу ему сказать, когда он вернется и на мысли о том, что он может делать так поздно ночью, если не находится в собственной комнате. Я быстро избавилась от этих мыслей, потому что, предполагаемый ответ был слишком ужасным. И вот он стоит передо мной, и я не могу найти слова, которые мысленно репетировала.
— Я… я ждала тебя, — сказала я ему. — Я не знала, может быть, ты захочешь хм… чай… или еще что-нибудь.
Бранфорд поднял руки и запустил их в волосы, пока пересекал комнату.
— Александра, ты выглядишь уставшей, — произнес Бранфорд, подходя ко мне и беря меня за руки. — Прости. Я не думал, что ты будешь дожидаться меня.
Бранфорд поднял меня и поставил перед собой. Я отвернула голову, но почувствовала его руку на своем подбородке, заставившую меня снова взглянуть на него.
— С тобой все в порядке, Александра?
— Все хорошо, мой… Бранфорд, — я мысленно вздохнула, расстроившись из-за моей неспособности помнить, как следует обращаться к моему мужу.
—
Хорошо
, — он фыркнул. — Ты не выглядишь так, словно тебе
хорошо
.
Я попыталась отвернуться от него, но он крепко держал меня за подбородок, и не позволил мне пошевелиться. Я могла лишь отвести от него глаза, сфокусировавшись на огне в камине.
— Скажи мне, что не так, Александра, — потребовал он, и я почувствовала, как слезы снова капают с моих глаз. Все речи, над которыми я размышляла часами, пока ждала его, испарились из моей головы, и я не знала, что ему ответить.
— Скажи мне! — снова велел он, его голос стал более требовательным. Он повернул свою голову так, чтобы смотреть мне прямо в глаза.
— Я просто… — дыхание застряло у меня в горле, и на мгновение я лишилась дара речи. Наконец, я смогла подобрать слова и заговорить, несмотря на усиливающиеся слезы. — Я в-все еще не знаю… ч-чего от меня ожидают.
Бранфорд на миг закрыл глаза и сделал глубокий вдох.
— Я знаю, Александра, — наконец сказал Бранфорд. Он открыл глаза, и я увидела в них беспокойство. — Боюсь, до этого времени я не вел себя как муж в отношениях с тобой. Я точно не уверен, что значит быть добрым к тебе, но я знаю, что того что я делал недостаточно. Я не подготовил тебя, и мы едва ли много разговариваем, но уже поздно, и ты выглядишь такой уставшей. Сперва я должен думать о твоем здоровье, и сейчас не самое подходящее время все это обсуждать.
Он махнул рукой в пространстве между нами, прежде чем опять запустить пальцы в свои волосы.






