— Если ты не против, то да, — ответил он. Я увидела его кривоватую улыбку, когда посмотрела ему в глаза. Я пыталась не фокусироваться на открытых участках его кожи больше, чем требуется, но быстро поняла, что у меня нет иного выбора, кроме как смотреть на него, если я хочу сделать все правильно.
— Разумеется мой… Бранфорд.
Бранфорд отошел назад, чтобы мне было удобнее достать до воды. Он повернулся так, чтобы смотреть прямо на меня, руки располагались ровно по бокам, пока он смотрел на мое лицо. Я поняла, что все еще пялюсь на него, и быстро отвела взгляд, чувствуя, что неумолимо начинаю краснеть. Я не понимала почему он просит меня сделать это сейчас, сразу же после того как он сказал, что уже поздно. Мой мозг лихорадочно пытался придумать ответ, пока я готовилась к выполнению задания, но в голову ничего не приходило. Мои руки слегка дрожали, когда я чуть потянулась и приложила тряпочку к его лицу. Под моим прикосновением он наклонился, пока я проводила тряпочной по его коже, вокруг уха и шеи. Я повторила свои движения с другой стороной, прежде чем перейти на плечи, отчаянно желая, чтобы он не заметил дрожи в моих руках и не посчитал меня совершенной бездарностью.
Его мускулы напрягались под моей рукой, и я вспомнила, как он крепко обхватывал меня за талию в аббатстве Святого Антония и ощущениях, когда его тело было тесно прижато к моему во время поездки верхом. Я обнаружила, что мне стало тяжело дышать, и не понимала, почему мое сердце стало биться намного сильнее, чем раньше. Мое ускоренное сердцебиение странно напоминало страх, который я ощущала в Большом Зале при встрече с королем Камденом, но сейчас страха я не чувствовала. Я снова задумалась о мотивах его просьбы прикоснуться к нему и в этот раз пришла к самому очевидному заключению — если он хочет чтобы я так прикасалась к нему, когда мы
не
в постели, то он хочет сделать так, чтобы я захотела прикоснуться к нему также, когда мы в ней окажемся. Я прикусила зубами нижнюю губу, когда вытирала его руки, прежде чем снова смочить тряпочку.
Вытирая его грудь и живот, я осознала, что снова восхищаюсь бугрящимися мускулами на его торсе. Кончиками пальцев, через ткань, я чувствовала очертания мышц его живота, как они напрягаются под моими прикосновениями. Закончив с его животом и грудью, я быстро вымыла бока, прежде чем осмелилась снова посмотреть ему в лицо.
Его глаза потемнели, огонь камина вытанцовывал в них странные узоры. Я уже запомнила это его выражение лица и почувствовала, что мое сердцебиение снова усиливается, и как по позвоночнику пробегает холодок. Пытаясь успокоиться, сделала глубокий вдох. Я уже решила сказать ему что готова, и это значило то, что он согласится на мое предложение.






