Если мы не убедим его, что Верити в полной безопасности и ему не надо ее охранять, как мастиф охраняет свою кость, то к завтрашнему утру у него начнется сильная лихорадка.
– Какой несносный человек, – сказала Хлоя. Мысль о том, что капитан будет настаивать на том, чтобы признать Верити своей дочерью, по-прежнему преследовала ее, как ночной кошмар.
– Вы так часто бранили меня этим словом, что было бы странно ждать от меня проклятий в его адрес. Кстати, вы ведь знаете, что старшая сестра Виржинии вышла замуж за одного из Реверю, моя дорогая? – нежно спросил Люк.
– То-то его имя показалось мне знакомым. Странно, что он ни разу не приезжал сюда за все время, что я здесь живу, хотя я очень рада, что он этого не сделал. Теперь, когда я вижу, как сильно они похожи, я понимаю, что было бы трудно отрицать его родство с Верити. Неужели вы думаете, что Виржиния знала, кто она, и не сказала мне об этом, Люк?
– Сомневаюсь, дорогая. Вы можете поверить в то, что Виржиния упустила бы такую прекрасную возможность повлиять на жизнь стольких людей, если бы могла?
– По правде сказать, нет, хотя это совпадение выглядит очень странно.
– Но такие совпадения случаются. Виржиния никогда не ладила со своей старшей сестрой. Леди Реверю была дамой очень строгих правил, а Виржиния смолоду отличалась неукротимым нравом. Даже я вынужден это признать. Виржил тоже не был святым, и я сомневаюсь, что старая ханжа с одобрением отнеслась к их браку. Нынешний граф Реверю отъявленный педант, и надо еще посмотреть, пошел ли этот парень в своих родителей или в нем есть что-нибудь человеческое. Пока мы не знаем, как Реверю разыскал Верити, нам не понять, знала об этом Виржиния или нет, так что лучше, чтобы этот человек еще немного пожил здесь.
– Не нужно так шутить, Люк, – возразила Хлоя, с содроганием подумав о том, что Верити, не успев обрести своего отца, может снова потерять его.
– Что ж, шутка вышла дурная, но чего еще вы ждете от варвара? Вам придется заняться моим воспитанием.
– А что, если вы нравитесь мне таким, как есть? – сказала Хлоя с озорной улыбкой.
– Мистер Реверю отказывается принимать лекарство, которое оставил ему доктор, – послышался голос Калдроуз с нижней лестничной площадки.
Хлоя опустила глаза и какое-то время смотрела вниз на служанку бессмысленным взглядом.
Наконец до нее дошел смысл этого весьма своевременного напоминания о том, что в мире есть и другие дела, кроме того, чтобы восхищаться недостатками Люка Уинтерли, не говоря уже о его достоинствах, которые теперь казались ей еще более исключительными, чем раньше.
– Похоже, для Калдроуз вернулись прежние времена, – строго сказала она пациенту, войдя в его спальню в сопровождении Люка, которому данное зрелище доставляло явное удовольствие.






