Рималли согласился встретиться вновь, и понял, что не прогадал. Братство Тьмы дало ему то, чего он никогда бы не добился, оставаясь в тени старшего брата.
— Теперь ты ощутил это на собственной шкуре. Я подумал, что принцессе незачем испытывать подобные муки. Хватит и того, что она почувствовала, когда узы разрушились.
— Как только я избавлюсь от цепей, не будет в мире такого места, где бы ты смог спрятаться, — Гаррет перевел дыхание и, задержав взгляд на Эдгаре, добавил: — Все вы.
— Должен тебя огорчить, этому не бывать, — будничным тоном ответил Лиам.
Он кивнул своим помощникам, и один из них привел Катерину. Она шла, едва переставляя ноги. Измученная и бледная. Ее бил озноб, а глаза блестели, как от лихорадки.
— Гаррет! — воскликнула принцесса с облегчением и, разрыдавшись, рухнула на колени. — Ты жив, Гаррет! Что они с тобой сделали? С нами...
— Все хорошо, слышишь меня? Все будет хорошо! — ликан морщился от боли.
Катерина с трудом поднялась.
— Моя дорогая племянница, — Лиам шагнул вперед, не позволяя ей приблизиться к Проклятому.
— Вы! Это все вы! — принцесса замахнулась, но заклинатель ловко перехватил ее руки. — Что вам нужно? Чего еще вы хотите?
— Мне нужна твоя магия, девочка. Вся до последней капли.
— Что? — она попыталась вырваться, но Лиам сильнее стиснул ее плечи.
— Я уже слишком слаб, а чтобы воплотить все планы в жизнь, мне нужны силы. Поверь, если бы я только мог, забрал бы их у кого-то другого. Но поглощение сработает только на кровном родственнике. Твой отец был болен, умирал, и, как понимаешь, тоже не подходил для этого. Потому остаешься только ты.
— Поглощение? Вы обезумели!
На лице Катерины можно было прочесть все: страх, растерянность, неверие. Она была вымотана, и, если бы Лиам не поддерживал ее, вряд ли устояла бы на ногах. Слезы оставляли на щеках мокрые дорожки. Нижняя губа припухла и кровоточила.
— Я готовился к этому моменту очень долго, дитя мое, — он провел рукой по ее волосам.
Заклятие поглощения считалось навсегда утраченным. На заре кровопролитных распрей между семьями, заклинатели, чтобы выстоять в ожесточенных схватках, приносили в жертву своих менее талантливых близких. Они отбирали у них силы и удваивали собственные. Но это знание, как и умение, было доступно не всем, и спустя столетия забылось. Кто-то пытался воссоздать его, повторить, но обрывочных записей и слухов не хватало.
Братство скрупулезно собирало древние трактаты и рукописи, а его лидеры неплохо поработали над восстановлением утраченного наследия. Но, несмотря на все старания, воплотить в жизнь поглощение удалось считанным единицам. Владимир Стрикс оказался одним из них. Старый лис поставил опыт на родном брате и весьма успешно. Теперь Лиам сам собирался провернуть подобный фокус.






