ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Главный герой романа еще не знает, что с ним произойдет после того, как он подберет на улице обыкновенного котенка. Жизнь перевернется с ног на голову с появлением этого существа, оказавшегося не в... Беглец Алгебра Слова Пролог Спустя несколько месяцев… Город Таркабулак находился на берегу исчезающего Аральского моря. Семеныч смотрел в иллюминатор. Огромная соленая пустыня постепенно вырисовывалась из-под облаков при снижении самолета. Мертвая часть суши с застывшей на ней песчаной рябью. В аэропорту дул сильный сухой ветер. Казалось, и он был солоноватым на вкус. Ранним утром дорога в город пустовала и создавала впечатление также умирающего окружающего пространства: редкие деревья, обширные степные равнины с малой растительностью. В самом городе ощущение уходящей жизни немного рассеялось. Здания, бульвары, проспекты и узкие переулки, привычная глазу зелень деревьев и газонов – небольшой городок еще казался бодрым, несмотря на то, что на окраинах длинные улочки с одноэтажными домами не могли скрывать просвета в бело-желтое унылое однообразие песков. Такси остановилось около гостиницы. Мужчина в строгом костюме подал стройной девушке руку, помогая выбраться из машины. Провел в холл, усадил на диван и только потом вернулся за вещами. Расплатившись и отпустив такси, Семеныч стоял и смотрел вдаль. Вновь неясная тревога овладела им. За последний год сумасшедшие и бурные события не давали Семенычу опомниться, проанализировать происходящее. Точно он находился в неспокойном океане с сильными волнами, которые боролись друг с другом, вздымались, пенились, и на недолгие мгновения утихали, чтобы снова набрать высоту и беспощадно взволновать водную поверхность. Но сейчас пространство внезапно замерло, как засыхающее Аральское море. И лишь растерянный ветер, в отчаянии пытался разогнать пустоту в некогда живом «мире». Семеныч чувствовал это кожей, нервными окончаниями, сердцем, со

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Взглянув на время, выругался, но ехать обратно – желания не возникло.

Гнетущее чувство огромной тревоги и опустошенности одновременно заполнило весь его разум. Естественно, он не мог предположить, что происходит с ним. И никакие мысли о любви в его голову не приходили – это было бы слишком абсурдно и нелепо с точки зрения человеческой логики.

У него были женщины. И кошка когда-то была. У него была нормальная человеческая жизнь: дом, работа, дача, родные, знакомые, друзья. Только чувств таких еще не было, и необычного состояния, которое постепенно возникало и нарастало с появлением странного маленького пушистого котенка.

Семеныч не мог совладать с собой, не мог объяснить себе перемены в настроении. Но очень хотел сбросить это наваждение, как пыльный, тяжелый и неудобный полушубок.

Если раньше Катенок веселила его, забавляла, завораживала и вообще казалась пришедшей из другого мира – волшебством, то сейчас он ощущал сильнейшее раздражение, злость, досаду, неудовлетворенность, и, конечно же, не понимал, с чем это связано. Поэтому чувствовал себя еще хуже.

«Апатия. От недостатка солнечных лучей. Над Москвой вечное серое небо. Оно и вгоняет в тоску, как в гроб, – решил он. – Да и жизнь такая же. Серая, скучная».

С разбегу вспрыгнув на капот, Катенок замерла. Взгляд Семеныча был устремлен на панель приборов. Медленно перевел он его на лобовое стекло машины.

Они не двигались и долго смотрели друг на друга, пока не растаяла зима между ними.

И любовь, собравшаяся было с разочарованием и грустью уйти, вновь вернулась.

Катенок умчалась раньше, чем Семеныч вышел из автомобиля.

Она знала, что он не будет ее гладить по спине и не потреплет за ухом, как это делают обычные люди со своими домашними питомцами.

А Семеныч почувствовал, что от его плохого настроения больше не осталось ни следа, и что мир не так уж плох.

Обоим стало ясно, что все вернулось назад. Он и Она. Семеныч и Катенок. Они вместе.

По морозному небу нежно голубого цвета степенно расходились лучи поднимающегося кремового солнца.

* * *

Наступила пора, когда необъяснимое счастье становится достаточным и полным. Исчезает страх его потерять и пропадает тревожность. Потому что все чувства, все мысли утопают в этом самом счастье, они им надежно защищены, как оплеткой для провода.

Именно в такое время приходит беда.

* * *

Катенок больше не пропадала, не задерживалась вечерами, не уходила по утрам раньше Семеныча. Людское пространство больше не проникало в нее, чему она несказанно обрадовалась. Она вела образ жизни обычной кошки, ее не беспокоили эгрегоры. О ней точно все забыли, и Катенок наслаждалась покоем.

О том, что будет дальше, она не думала. Старалась не думать, потому что слишком многое от нее прежней пропало.