Я просто стоял в оцепенении, глядя на телефон, и пытался выяснить, кто, черт возьми, мог это сделать. У нее были враги? Черт нет, Би милая. Она не наживает врагов. На самом деле, она любила откладывать конфликты. Как тогда, в пиццерии, с Рене. Она съежилась от ее разноса, делая все возможное, чтобы не провоцировать ее.
Моя кровь вдруг похолодела.
Рене.
Постепенно кусочки головоломки начали складываться, оставляя меня с действительно невероятным, охренительным ответом.
Я вытащил телефон Би и набрал свой номер.
Пожалуйста, Господи, пусть я ошибаюсь
.
– Привет?
– Рене, – зарычал я в трубку, шокированный. Хотя мое нутро чуяло истину, прежде чем она ответила.
Ее голос звучал приторно. Слишком сладкий, чтобы принадлежать кому-то, кто мог бы обидеть Би. Но я также думал, что она никогда не причинит боль мне, но она причинила. В ней есть злобная, мстительная сторона, которая явно проникла глубже, чем я подозревал.
Пауза.
– Ооо, Кэл! Я знала, что ты появишься.
– Где Би?
Она громко вздохнула в трубку. Как только она это сделала, громкоговоритель протрещал, и начали объявлять имена игроков. Я услышал объявление по телефону, громче, чем наяву.
Рене здесь. На стадионе.
– Кто? – спросила она невинно.
Сердце колотилось, я перепрыгнул обратно через забор и просканировал толпу, ища ее светлые волосы. Я увидел ее на скамейках под громкоговорителем, окруженную кланом ее сестричек.
Завершив вызов, я начал подниматься по скамейкам, перепрыгивая через одну и уклоняясь от фанатов, чтобы добраться до нее. Она улыбнулась, когда я пробрался через толпу ее сестричек и остановился перед ней.
– О, привет, Кэл! – сказала она живо.
– Где. Би? – Я рявкнул на нее, вырвав свой телефон из ее рук.
Ее глаза заблестели от слез.
– Я не знаю, о чем ты говоришь.
– Не лги мне, Рене. Ты можешь сказать мне или сообщить полиции. Ну и где же, блядь, она? – Я собрал всю свою волю в кулак, чтобы не вытрясти ответ из нее.
– Сейчас это неважно, – прошептала она, прислоняясь ко мне. – Это не важно. Теперь мы можем быть вместе.
Это не имеет значения?
Святое дерьмо. Что она сделала? Я даже боялся представить. Только из-за меня Рене узнала о Би.
Что бы ни случилось, это моя вина.
Она протянула ко мне руку, но ярость клокотала внутри меня. Я схватил ее за горло и прижал ее к стойке репродуктора, из которого прогремело мое имя.
Кэл Самскевич, начинающий главный ресивер!
Глаза Рене расширились до размеров мяча для гольфа. Несколько ее сестер ахнули и начали дубасить меня по спине.
– Скажи. Мне – приказал я, непоколебимо.
Она начала:
– Община Бедфорда.
Я ослабил свою хватку и отступил назад. Община Бедфорда – столовая. Какого черта она там делала? Буря эмоций овладела мной, пока я смотрел на нее сверху вниз.
– Подожди. Что?
– Холодильное помещение. Она все усложняла, Кэл.






