ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тринадцать не связанных между собой и незнакомых друг другу людей в особняке на оторванном от Большой земли острове… Кто заманил их сюда таинственным приглашением? Зачем кто-то убивает их одного за... Тринадцать Сергей Васильевич Ковальчук Пролог Основной владелец федеральной сети розничных магазинов «Камень притяжения» миллиардер Валерий Магницкий, сидя на заднем сидении роскошного лимузина, сделал глоток минеральной воды и аккуратно поставил стакан в бар. Если не считать водителя, то в машине он был один. Помощник и охрана следовали сзади, на двух машинах сопровождения. Откинувшись назад, Валерий Николаевич вытянул ноги, скрестил на груди руки и погрузился в тяжкие думы. Знающие Магницкого люди, по этой позе, а также по хмурому, сосредоточенному лицу олигарха легко могли бы определить, что это означало крайнюю степень его озабоченности. На встречу с другом детства самого Хозяина, миллиардером Брахтенбихером, Магницкий ехал с тяжелым сердцем. Ничего хорошего он от нее не ждал. Братья Брахтенбихеры слыли безжалостными рейдерами. Они использовали все, что доступно хищнику для того, чтобы настигнуть свою жертву и беспощадно впиться ей в горло. «Отжимая» чужие бизнесы, братья-олигархи использовали правоохранителей, суд, надзорные и проверяющие органы, домашний арест, заключение под стражу и много чего еще, о чем Валерию Николаевичу даже думать не хотелось. Встреча была назначена Брахтенбихером-старшим на нейтральной территории, в одном из ресторанов центра Москвы. С этой целью заведение было арендовано и закрыто на весь, как в старые добрые советские времена, «на спецобслуживание». Поздоровавшись с Магницким, невысокий седой Артемий Брахтенбихер попросил всех посторонних, включая охрану, оставить их наедине и предложил своему гостю составить ему компанию при трапезе. Мужчины прошли в центр небольшого, но уютного ресторанного зала для vip-персон и сели за большой, заставл

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Связь отца с подсудимой, о которой вы здесь рассказали, могла бы навсегда очернить ее память о нем. Еще раз, спасибо вам.

Молодой мужчина с навернувшимися на глаза слезами, не прощаясь, быстро вышел из помещения.

Сыщик внимательно посмотрел на любимую женщину и первый раз за долгое время улыбнулся:

— А, может, ну ее к черту, твою службу? Может, уволишься, и мы с тобой откроем частное бюро по расследованию таких вот преступлений?

— Я подумаю над твоим предложением, — серьезно ответила ему капитан полиции, после чего они покинули зал судебных заседаний

* * *

Примерно через два часа после вышеописанных событий по вызову генерала Рымова порог его кабинета переступил полковник юстиции Оловянный. Помимо хозяина кабинета в нем присутствовало еще двое мужчин в полковничьих мундирах. Это были представители службы собственной безопасности Следственного комитета.

Выслушав рапорт подчиненного, и молча показав ему на свободное место напротив себя, Илья Геннадьевич открыл лежавшую перед ним кожаную папку, взял оттуда несколько листов с текстом, скрепленных между собой посредством степлера и передал следователю. Это было Постановление Председателя Следственного комитета России о возбуждении уголовного дела в отношении следователя по особо важным делам, полковника юстиции Оловянного.

Пока покрасневший и пребывающий в полуобморочном состоянии полковник дрожащими руками молча листал документ, генерал произнес:

— Не думал я, Никита, давая тебе рекомендацию в мое управление, что ты нарушишь присягу следователя и предашь. А знаешь ли ты, что Валерий Магницкий, в отношении сына которого ты расследовал дело, и который, будучи невиновным, из-за тебя, твоей алчности и беспринципности был осужден и погиб в колонии, мой близкий друг? А судья Стеклов, который по твоей милости чуть не был обвинен в убийствах на острове Гавдопула? Ты хоть знаешь, что твой друг, адвокат Прохоренко, оказался маньяком — серийным убийцей и насильником, и что это именно он убивал в Греции наших людей? А ты с ним и его подельницей Лучкович дела делал! Молчишь? Ну, молчи-молчи.

— Забирайте его, ребята, — обращаясь к присутствующим, сказал генерал. Спустя минуту из кабинета Рымова в наручниках вывели Оловянного, а еще спустя двадцать минут об этом говорило все управление.

Продиктовав генералу адрес, спустя час, сыщик уже держал в руках большой конверт, вскрыв который он прочел нижеследующий текст.

Письмо:

«Ну, здравствуй, сыщик!

Если бы ты только знал, как я тебя ненавижу! Ведь это ты сломал мою жизнь, жизнь, которая могла бы стать прекрасной, богатой и счастливой. И только благодаря тебе я никогда не выйду из этого проклятого каменного мешка под названием «Черный дельфин».