ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

И В ПРЕИСПОДНЕЙ НЕТ НЕИСТОВСТВА СИЛЬНЕЕ… На протяжении пяти тысяч лет Ревенант считал, что в мире он одинок, что является падшим ангелом без права на искупление. А теперь он узнает, что у него ест... Ларисса Йон Ревенант (Демоника — 11) Переведено специально для группы WonderlandBooK Любое копирование без ссылки на группу и переводчиков ЗАПРЕЩЕНО! Переводчики: inventia, angelinz, Casas_went, kr71, amnesia_forever Редактор: Casas_went, inventia, natali1875 Русифицированная обложка: inventia Блэсфим выпрямилась, нацепила кольцо брелока на палец и снова направилась к нему, напевая песню Duran Duran. Ревенант преградил ей путь, встав между двумя чёрными машинами скорой помощи. — Блэсфим. Она подскочила от неожиданности, и перепуганный вскрик слетел с её полных алых губ, обещающих мужчинам неземное блаженство. — Ревенант. — Блэсфим бросила взгляд на двери больницы, и у него возникло впечатление, что она просчитывает план отступления. Так мило. Она считала, что сможет сбежать. — Почему ты здесь околачиваешься и что забыл на парковке? Околачивается? Хотя, наверное, можно и так сказать. — Шёл к тебе. Хотел увидеться. Блэсфим мило улыбнулась. — Ну, ты увидел меня. Покеда. — Она развернулась, её белокурый хвостик подпрыгнул, и направилась в противоположном направлении. Назад в больницу. Мысленным вращением запястья он изменил свою одежду. Теперь на нем были надеты джинсы, ковбойские сапоги и футболка с логотипом " NASCAR». Также поменялся цвет его диной до плеч волос — вместо чёрных они стали каштановыми. Затем Ревенант возник перед ней, снова преградив путь. — Может, так я тебе больше нравлюсь? Она бросила на него категоричный взгляд. Деревенщина был явно не в её вкусе. Решив попробовать ещё раз, Ревенант снова изменился. Теперь перед Блэсфим стоял рыжеволосый, коротко стриженый мужчина в деловом костюме. — А так? Блэсфим продолжала таращиться. Ревенант вернулся к своему образ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Может поэтому их мать и отдала Ривера. Не потому что сильнее любила его, а потому что знала, что он слишком слаб, чтобы выжить там.

Ревенант решил укрепить эти мысли, так как альтернатива ужасна.

Да не особо правдоподобно, ну да к чёрту.

Ривер потупил взор, внезапно заинтересовавшись ботинками.

— Никто не должен был так жить. — Он поднял взгляд, в котором плескалось сожаление. А может жалость. Так или иначе, но Рева это сильнее разозлило. — Но теперь мы тут, и всё не так должно быть.

— А как? Ты весь из себя идеальный и ангельский, а я чистейшее зло? — Рев рассмеялся. — Извини, неисправимый оптимист, но всё не так. — Казалось, что сломанное крыло горгульи уставилось на Рева с укоризной. И он под гнётом этой мысли починил статую. Совсем не круто разрушать исторические ценности.

— Ты ангел. Дай я поговорю с архангелами…

— Ты всерьёз веришь, что они встретят меня с распростёртыми объятьями? До сих пор же не поприветствовали. А думаешь, я этого хочу? Может мне моя жизнь нравится.

— Я так не думаю.

— Ты ничего обо мне не знаешь, — отрезал Рев. — Даже не представляешь, что я творил во имя зла.

— Не важно. Теперь всё иначе, и ты другой

Ревенант фыркнул.

— Скажи-ка, братец, ты вообще что-то видишь через свои розовые очки?

Рев поднял голову, уставившись на пушистые облака, плывущие по небосводу, и вспомнил, как впервые увидел небо, выбравшись из мрачных глубин Шеула. Он был бесконечно очарован и гадал, какая магия удерживает облака в воздухе. Но ребяческий восторг улетучился, и Рев сдул облака. Раньше, он не мог управлять погодой, но теперь он Сумеречный Ангел, и если бы захотел, мог бы пробудить ураган ядерной силы.

Он гадал, сколько ещё пройдёт времени, прежде чем Сатана прикажет так и сделать, просто ради того, чтобы позлить Небеса и подкосить человечество.

Проклятье. Реву нужно перестать валять дурака. Сатана дал неделю, чтобы доказать преданность и готовность играть за команду Шеула. Злобная сторона Рева этому радовалась до тех пор, пока ему не придётся лизать подошвы ботинок Люцифера. Но статус ангела смущал, заставляя желать чествовать мать.

Чего не будет, если он выберет служить демону, который превратил их жизни в сущий кошмар.

Да, мама миллион раз говорила Реву, что для выживания ему придётся делать отвратительные вещи, злые. Но он сомневался, что она имела в виду убийство легиона ангелов и обрушение стихий на человечество.

— Знаешь что, — протянул он, надеясь, что не совершает ошибку. — Я пытался поговорить с Метатроном. Чёрт, да с любым архангелом. Отведи меня к ним, и посмотрим, что я могу предложить.

Ривер закрыл глаза, даже не пытаясь скрыть облегчения, что, вероятно, его своенравный братец решил измениться.

— Я поговорю с ним. Назначу встречу.

— У меня нет времени, — возразил Рев. — Сейчас отведи меня к нему.