— Я признателен вам за то, что вы сказали, но я намерен сообщить о своем участии в этой истории, — заявил полковник.
— Ваш непосредственный начальник считает, что вам лучше этого не делать.
— Но это незаконно.
— Послушайте, полковник, сделайте всем одолжение — самому себе, вашей жене, вашей семье, всей армии, мне и Кэмпбеллам: забудьте обо всем этом. Подумайте хорошенько.
— Я подумаю.
— Один вопрос: это вы взяли ее перстень выпускницы Уэст-Пойнта?
— Нет.
— А штык еще торчал у нее между ног, когда вы там были?
— Да, но только он был воткнут не в землю, а рукояткой в ее влагалище.
— Понятно.
— Я вынул его и выбросил.
— Куда?
— С моста в реку. Он, наверное, пригодился бы вам, чтобы снять отпечатки пальцев?
— Да, пожалуй, — согласился я, хотя и понимал, что Кент не оставил бы отпечатков.
— Сожалею, что поторопился, — продолжал Фоулер, — но я сделал это в порыве чувств. У меня он вызывал отвращение.
— От этого дела нас всех тошнит, — заметил я.
— Ну и кашу мы здесь заварили, Бреннер. Скажу прямо: мы все по уши в дерьме.
— В жизни всякое случается.
— У меня все шло нормально, пока она не появилась здесь два года тому назад. И знаете, что я вам скажу? Виноваты во всем мы сами, а не она.
— Я склонен в этом с вами согласиться, — произнес я. — Сегодня днем я, вероятно, произведу арест.
— Кто он?
— Пока говорить не имею права. Увидимся на похоронах.
— Ну что ж, до встречи.
Я положил трубку. Почему всегда бывает так, что не успеешь перевести дух после одной порции дерьма, как тебе тотчас же подкладывают еще кучку? В данном случае угощающим был майор военной полиции по фамилии Дойл. Он вошел в кабинет, посмотрел на Синтию и обратился ко мне:
— Мистер Бреннер, это вы подписали приказ об освобождении из-под стражи старшего сержанта Далберта Элкинса?
— Так точно, сэр.
— Мы поместили его в казарму роты военной полиции.
— Замечательно.
— Он был обязан каждые три часа отмечаться у дневального роты.
— Это вполне разумные требования.
— Так вот, он не явился на первую же поверку в восемь утра.
— Что? — мысленно чертыхнулся я.
— И с тех пор его никто не видел.
Синтия посмотрела на меня и отвела взгляд.
— Мы разослали на него сторожевые листы и уведомили полицию Мидленда, округа и штата Джорджия, — сообщил мне майор Дойл. — А начальник гарнизонного отделения СКР майор Боуэс требует предоставить ему рапорт по данному делу. — Майор Дойл мрачно ухмыльнулся и добавил: — По делу, которое вы провалили, мистер Бреннер. — С этими словами он повернулся и ушел.
Некоторое время я молчал, уставившись в пространство, наконец Синтия нарушила гробовую тишину:
— Со мной однажды тоже случилось нечто подобное, — сказала она.
Я продолжал молчать.
— Но лишь однажды, — повторила она. — Так что не стоит разочаровываться в людях.






