ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война не начинается в день, когда первый солдат перешагнул через пограничный рубеж. Всегда война начинается гораздо раньше первых выстрелов. Это для наивных неожиданно "...двадцать второго июня, р... Пролог. Война не начинается в день, когда первый солдат перешагнул через пограничный рубеж. Всегда война начинается гораздо раньше первых выстрелов. Это для наивных неожиданно "...двадцать второго июня, ровно в четыре часа, Киев бомбили, нам объявили, что началася война...", грубо говоря, в этот час и после выступления Молотова в полдень война не началась, она просто стала официально объявленной, и всё дальше уходят рыцарственные времена извещений: "ИДУ НА ВЫ!". Никто уже никого не извещает, просто по факту падающих с неба бомб все под эти бомбы попавшие понимают, что, да, началась! А тем, кто вдали от этих бомб, тем в помощь радио, ТВ и газеты. Для нас с Николаем война началась больше года назад, когда мы сели в поезд на Николаевском вокзале, хотя ещё не летели снаряды или пули. В прочем, можно считать, что для каждого избравшего воинскую стезю война начинается в момент принятия присяги, когда расписался клятвой, что отныне война стала главным в твоей жизни, и не красивая форма или большая зарплата, а заявленное право встать на пути врага и если надо, то своей кровью расплатиться за то, что тебя столько лет кормили, одевали, учили, оказывали почёт и уважение твоему выбору и готовности быть в первых рядах и защитить. Когда-то ещё молоденькая пришла работать на станцию скорой помощи, у нас дорабатывал бывший военный врач. И как-то, когда нас подняли на вызов, время четвёртый час ночи, а я просидела с подружкой болтая в ожидании вызова до половины третьего и поверив, что вызовов не будет, решила всё-таки прилечь вздремнуть, как вызов дали. И вот, я не проснувшаяся, встрёпанная, ужасно злая и недовольная лезу в РАФик, доктор сел в салон ко мне и стал расставлять точки над "Ё

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Так на кафедре была каторга, регулярно навещать старенького заслуженного профессора, которому требовалось начитывать громко вслух новую периодику, работы студентов и прочее, так как он с годами стал не только плохо видеть, но и слышать, при этом отличался удивительными склочностью, капризностью, вредностью и нудностью. Вот эта многочасовая каторга была вменена в обязанность кафедральных аспирантов. И однажды вернувшись с такой, болгарка и озвучила с неизбывной грустью в голосе: "Я сегодня так устала, он такой ДОСАДНЫЙ!..." Более ёмкую и точную характеристику старому маразматику дать не удалось больше никому. Я же нагло включила некоторые её находки в свой лексикон, хоть официально таких слов в русском языке нет.

**- Или как вариант "всё чудесатее и чудесатее..." - цитата из Алисы Л. Кэррола, хотя, лично мне кажется, что так "вкусно" эта фраза зазвучала благодаря очень благожелательному переводу и на русском языке, что в английском найти можно только при ОЧЕНЬ БОЛЬШОМ старании...

***- Про женщин-военнослужащих и дебаты в Генштабе о длине их юбок, мне пришлось только слышать. А вот то, что на совещании милицейского Главка в Петербурге начальник - генерал Пониделко больше получаса клеймил позором присутствующих дам, которые умудрились надеть чёрные колготки, которые носят только шлюхи (не знаю, откуда у генерала такие эротические фантазии), и все в указанного цвета предметах одежды были обязаны выйти и до перерыва такое непотребство устранить! Вышли и устраняли. Ну, да, это не армия, а милиция! Конечно! Только тараканы под фуражками бегают совершенно одинаковые... И что примечательно, милиции было чем заняться, ведь именно в это примерно время Питер к эпитету "культурной столицы" приобрёл ещё и звание "бандитской". Что же вы хотите от военачальников мирного времени...

****- Знакомый вертолётчик из полка в Агалатово уверял, что цитаты подлинные, а не придуманная хохма...

Но по порядку. После сентябрьских эскадренных маневров вдруг заметили, что "Новик" до сих пор в викторианской окраске**, что было отражено пунктом в итогах маневров и нам приказали перекрасить корабль в шаровый цвет. Действительно на фоне других кораблей мы с "Аскольдом" единственные оставались в белых бортах и с жёлтыми трубами. С учётом наших размышлений о возможностях по маскировке, серый-шаровый у нас оказался самым светлым на эскадре. В те времена шаровый цвет кораблей был темнее милицейской шинели, у нас же цвет вышел почти как у знакомых мне кораблей конца двадцатого века. Вообще, бело-жёлтая попугайская окраска военного корабля была для меня дикой с самого начала, но оказалось, что я к ней уже привыкла, и теперь было даже жаль её закрашивать.