ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Неисправимый Дмитрий Сергеевич Баюшев Глава 1. А мне куда? Том Лоу поднес к виску пистолет… За этот длинный, изнурительный месяц жалость к себе прошла, подлая и неумолимая болезнь выжгла её, оставив в душе огненную растрескавшуюся пустыню. Он, может быть, терпел бы и дальше, если бы не подслушал разговор доктора с Валерией. Специально, на цыпочках, подкрался к двери и подслушал. — Ваш муж, — сказал доктор Крапп, — человек крепкий и вполне может протянуть год-два. Если повезет, то и все три… О, Боже! Год-два. Еще год-два. Том оделся, сунул в карман «Беретту» и вылез в окно. Спрыгнул на газон, отчего в утробе возгорелся притихший костер. Пошел прочь, не оглядываясь, но шагов через тридцать не выдержал, оглянулся. Одноэтажный особняк смотрел на него подслеповатыми окнами, в крайнем окне плавилось заходящее солнце. Особняк этот уже был переписан на Валерию. Через полчаса Том сошел с автобуса и углубимся в лес. Он знал, что здесь есть глубокий овраг, дно которого сплошь заросло густым жестким кустарником. Там никто никогда не найдет. Вот и овраг. Том спустился вниз, продрался сквозь кустарник как можно дальше, сел. Надвигались сумерки. Вынул из кармана «Беретту», приставил дуло к виску. «Наконец-то», — подумал он и нажал спусковой крючок. Рука его при этом, внезапно и катастрофически теряя силу, дрогнула, но пуля всё равно ушла в голову… Том очнулся от невыносимой боли, застонал, с трудом разлепил залитые чем-то густым веки. Это было единственное движение, которое он смог совершить, ни руки, ни ноги не слушались. Тело его, однако же, билось и содрогалось в такт тому, что с ним проделывало нечто могущественное и постороннее. Оно, это постороннее, вычищало тело изнутри, как

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Всё закончилось довольно неожиданно после того, как самый здоровенный из них, упертый ирландец Мак-Нолли, засветил кулачищем Зунгалле в лоб. Как по бочке хватил, с гулом.

Зунгалла пошатнулся, сказал «Стоп» и начал к себе прислушиваться. Надо же быть таким ослом, чтобы — подставлять под кувалду хрупкий микрочип. Нашел забаву.

Пробормотав «Извиняюсь, не нарочно», Мак-Нолли отошел к товарищам.

Да нет, в голове не шумело, не шипело, не потрескивало. Потом объявился Хрум.

— До тебя не достучишься, — сказал Хрум басом. — Чем занят?

«Да так, — мысленно ответил Зунгалла, делая знак ребятам, что свободны. — Развлекаюсь».

— По морде друг другу колотите? — сказал Хрум. — Хорошее занятие. Вдумчивое.

«Чего надо?» — грубовато спросил Зунгалла.

— Лоу в местечке П., это в ста милях на запад. Поспеши, у Саламанты проблемы со связью — Том выходит из-под контроля. Осторожнее с ним, это теперь боевая машина.

«Знаю», — сказал Зунгалла, вспомнив разгром в «Крутом Псе». Сам он на побоище не был, но Барбидж в начале разговора, еще до фоторобота, показал ему фотографии. Жуткое зрелище, особенно разваленная до плеч голова какого-то несчастного миллионера. Их, миллионеров, в Нью-Йорке пруд пруди.

— Сэр, — услышал он и поднял глаза.

Ребята стояли в дверях и смотрели на него.

— Помощь нужна, сэр? — спросил один из них.

— Всё в порядке, — сказал Зунгалла, догадавшись, что в разговоре с Хрумом бормотал вслух. — Быстро одевайтесь, сейчас вылетаем…

Десантный вертолет забрал их с крыши и взял курс на запад. Двадцать минут спустя он приземлился на окраине маленького утопающего в зелени городишки.

Штурмовики и сам Зунгалла были одеты в защитную армейскую форму — к таким полиция с лишними вопросами не пристаёт.

«Хрум, — позвал Зунгалла. — Где он?»

«Не знаю, — помолчав, ответил Хрум. — Саламанта не отзывается».

— Прочесываем город, — скомандовал Зунгалла. — Связь по рации. При обнаружении Лоу сразу оповещать других. Лоу брать живым, используя сети. Стрелять в крайнем случае и только по ногам. Вперед.

Они побежали к домам, постепенно разворачиваясь в цепь.

Улицы были совершенно пусты, окна домов мертвы, лишь в одном мелькнуло невразумительное лицо. Кто-то выглянул и тут же отпрянул, испугавшись чего-то. Зунгалла отметил в памяти двухэтажный особняк на случай, если придется вернуться. Если не будет других свидетелей… Свидетелей чего?

Удивительное дело — даже собак не было.

Но вот послышался невнятный шум. Там, впереди, похоже, были люди.

Зунгалла первым вышел на центральную площадь, за ним трое сопровождающих. Люди, стоявшие напротив низенькой ратуши, даже не обернулись, лишь пожилой джентльмен в черном, по-видимому священник, бросил косой взгляд и, воздев очи к небу, забормотал что-то. Прочие тоже забормотали.