ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Генри Каттнер (1915–1958) — известный американский писатель-фантаст, одно из самых ярких имен 40 —50-х годов — начала «золотого века» научно-фантастической литературы США. За время своей недолгой (... Ярость Генри Каттнер МИР ТЬМЫ Роман Перевод М. Гилинского ОГОНЬ В НОЧИ Тонкая струйка дыма поднималась в темнеющее небо на севере. И вновь испытал я непонятный страх, непреодолимое желание куда-нибудь скрыться. Почему ощущенья эти так долго преследуют меня? В чем причина? Ведь это был обычный дым костра, разведенного на болоте милях в пятидесяти от Чикаго, где мрачные суеверия давно уступили место конструкциям из стали и железобетона. Да, я знал, что вижу обычный дым костра, и одновременно я знал, что это не так. Что-то подсказывало мне, откуда появился этот дым и кто стоял рядом с огнем, глядя в мою сторону сквозь редкие деревья. Я отвернулся от окна. Окинул взглядом стены, свидетельствующие о причудах моего дяди-коллекционера- Опиумные трубки, искусно отделанные серебром, золотые шахматные фигурки из Индии, шпага… В глубине моей души шевельнулись воспоминания, и, не помня себя от страха, я кинулся к стене, сорвал с нее шпагу и до боли в пальцах сжал эфес. И вновь, сам не знаю зачем, повернулся я к окну, глядя на далекую струйку дыма. Шпага не придала мне уверенности, скорее наоборот… ведь это была не та шпага. — Спокойно, Эд, — услышал я позади себя голос дядюшки. — Что стряслось? Ты — словно бешеный. — Не та шпага, — словно со стороны услышал я собственный беспомощный голос. Затем туман в моей голове рассеялся, и я заморгал, не понимая, что со мной происходит. Голос мой тем временем продолжал говорить. — Не та шпага. Другая находится в Камбодже. Она — один из трех талисманов Повелителя Огня и Повелителя Воды. Три великих талисмана существуют на свете: плод куи, который собирают в период ливней и который всегда остается свежим, цветы раттана, никогда не увядающие, и шп

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— У меня возникло такое ощущенье, — говорил я, — что с глаз моих упала пелена тумана, и я стал видеть мир не так, как раньше. То, что казалось мне невероятным, стало привычным. Ты ведь знаешь, я много путешествовал. Но беспокойство мое не прошло. Амулет в лавке старьевщика, узел на веревке, опал «кошачий глаз» не дают мне забыть… И еще два существа… Мне все время снятся два существа, а однажды… — Я умолк.

— Ага… — пробормотал дядюшка, явно меня подбадривая.

— Это произошло в Новом Орлеане. Однажды ночью я проснулся и понял, что в комнате кто-то есть. Совсем рядом со мной. Под подушкой у меня лежал пистолет… особый пистолет. Когда я выхватил его, существо, похожее на собаку, выпрыгнуло в окно. — На мгновение я задумался и нехотя добавил: — Пистолет был заряжен серебряными пулями.

Дядюшка довольно долго молчал, и я догадался, о чем он думает.

— Кем было другое существо? — спросил он.

— Не знаю. Оно всегда одето в плащ с капюшоном, но мне кажется, это — глубокий старик. А кроме этих двух существ…

— Ага… — вновь пробормотал дядюшка.

— Я слышу голос. Нежный, манящий голос. И вижу огонь. А в огне — лицо, черты которого мне никак не удается разглядеть.

Дядюшка покачал головой. В комнате стало совсем темно, струйка дыма за окном затерялась в ночи. Но костер все еще мерцал среди деревьев… или он был лишь в моем воображении?

Я кивнул в сторону окна.

— Этот огонь хорошо мне знаком, — сказал я.

— Что в нем необычного? Туристы всегда разжигают костры.

— Нет. Это — Костер Нужды.

— Что за глупости!

— Не глупости. Ритуал. Такой же, как праздник костров

[1]

, но зажигают его только во времена великих бедствий. Это очень старый обычай.

Дядюшка отложил трубку в сторону и пристально на меня посмотрел.

— Скажи, Эд, сам-то ты понимаешь, что с тобой происходит?

— В психиатрии мое состояние называется манией преследования, — медленно произнес я. — Я… верю в то, во что никогда не верил. Мне кажется, кто-то пытается найти….. нет… нашел меня и зовет за собой. Кто он? Не знаю. Что он хочет? Тоже не знаю. Но совсем недавно я понял еще кое-что… — И с этими словами я вновь взял в руки шпагу. — У меня бывают минуты, — продолжал я, — когда мозг мой… блуждает, и тогда что-то руководит мною как бы со стороны. В эти минуты я чувствую непреодолимое желание взять в руки шпагу — но не просто шпагу, а ту, единственную, которую я никогда не видел, но сразу узнаю. — Я усмехнулся. — И если я чуть вытащу эту шпагу из ножен, то задую Костер Нужды, словно свечу. А если я вытащу ее целиком, погибнет весь мир!

Дядюшка вновь покачал головой и после непродолжительного молчания спросил:

— Что говорят врачи?

— Я знаю, что они скажут, если я к ним обращусь, — угрюмо ответил я. — Сумасшествие. Если б я был уверен в том, что я сумасшедший, мне было бы легче на душе.