– Серые глаза насмешливо глядели на кавказца, – а этот шустрик, что его прикрывал, как черт из табакерки выскочил. И, заметь, стрелять до последнего избегал! То есть чувствовал в себе силы в одиночку уработать четверых неслабых мужиков! У нас тут многие на такой фортель способны, а? Ты дашь гарантию, что дальше еще прикрытия не было? И что еще один-два таких же умника его не страховали издали? Шуметь не хотели, это да… в такое я вполне поверить могу…
– Но что делать? А, Миша? – Иса наклонился над мужчиной. – Ты же опер, думай давай… Что торгаш говорит?
– Был у них раньше этот мужичок, мелочовку в основном приносил. За карабин получил шесть продовольственных пайков и несколько пачек патронов для «калашникова»… А дальше, я думаю, надо сделать следующее – объявить награду за любую информацию об этих гавриках. Эти, как их? «Росомахи» свой пост у нас на базе организовали? Вот тоже пусть на награду скидываются… К слову, я давно уже не опер, твоими, «Иса», трудами, – с этими словами Михаил встал со стула и подошел к кавказцу.
– Ну, деньги-то ты взял, так что не надо строить из себя обиженного ягненка, – Иса взглянул в глаза бывшему оперу и сразу отвернулся. – Давай работать уже.
19
Ну и денек выдался! Мы с Василием вернулись в нашу берлогу мокрые, грязные и побитые. Но все же вернулись! Да, сэр!!
Галя с тревогой в глазах смотрела на нас, похожих на вышедших из леса бигфутов
[13]
. Я оглянулся на напарника, он на меня – и мы почему-то дружно расхохотались.
– Переодевайтесь, сейчас поесть разогрею. – Галя, улыбаясь, ушла в «жилую комнату».
В принципе, если исключить стычку с людьми в черном и наши побитые морды, сходили на обмен мы неплохо. Василий поменял «М-4» с боеприпасами на шесть рационов питания и пять пачек патронов к трофейным коротким, как их Василий назвал, – «милицейским» автоматам Калашникова.
Что дальше? Этот вопрос с каждым днем напрягал мою бедную голову все сильнее. Возможность попасть домой, в Америку, я не стал даже рассматривать – до лучших времен.
По-хорошему надо было бы пристроить Галю и Василия к какой-нибудь адекватной русской общине, а потом позаботиться и о себе. Но тем людям, с кем довелось повстречаться, я бы судьбу девочки не доверил.
Как вариант – «стрижи», по имеющейся информации, там в большинстве бывшие военные. Но и эту возможность устроить Галю я рассматривал с известной долей скепсиса – хорошо запомнил, как собирались поступить с девочкой мои бывшие коллеги.
И еще одна мысль терзала голову, – где русские? Где войска, МЧС и прочие структуры? Как бы мы ни относились к ним, но на различные бедствия они всегда реагировали оперативно и эффективно. Может быть, имеет смысл просто выждать какое-то время. Не могут же их власти бросить целый город, пусть и без большей части населения.






