ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Есть легенды, которые не умирают… Ваэлин Аль-Сорна, великий воин, прозванный Темным Клинком, устал от битв. Он возвращается домой, решив больше никогда не воевать. Но тихая жизнь ему недоступна: ко... Владыка башни Энтони Райан Карты Объединенного Королевства — Мой благородный муж, — ответила генералу жена своим резким, хорошо поставленным голосом. — Позвольте вам представить Вернье Алише Сомерена, придворного хрониста его императорского величества Алюрана Макстора Сельсуса. — Да неужели? Это действительно он, сердечко мое? — Генерал, похоже, искренне заинтересовался мной, впервые с момента моего появления в этой великолепно обставленной каюте. Для корабля помещение было просто огромным, повсюду ковры, гобелены, столики, сплошь уставленные вазами с фруктами и кувшинами с вином. Если бы не легкое покачивание этого громадного военного корабля, можно было вообразить, что находишься во дворце. Генерал встал, подошел ко мне и пытливо взглянул мне в лицо. — Это ты — автор «Песней золота и праха»? Летописец Великой войны Спасения? — Он придвинулся еще ближе и понюхал меня, крылья его носа дернулись от отвращения. — Как по мне, так воняет он не лучше прочих альпиранских собак. И взгляд, повторюсь, слишком наглый. Он отошел назад, лениво махнув надзирателю, который нанес мне давно ожидавшийся удар: один-единственный тяжелый удар по спине плетью, вернее, ее рукояткой из слоновой кости. Удар хорошо рассчитанный, что выдавало немалую практику. Я изо всех сил сжал зубы, подавляя крик боли. Крики расценивались здесь как болтовня, а раскрывать рот без позволения было смертельно опасно. — Супруг мой, прошу вас! — В голосе генеральской жены прозвучало раздражение. — Этот невольник дорого стоит. — Не сомневаюсь. — Генерал протянул руку, и раб суетливо наполнил его кубок вином. — Не волнуйтесь, моя благородная супруга. Уверяю вас, его острый язык и руки останутся в целости и сохранности

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Глупцы! Если бы они только узнали…» Френтис замолчал, и женщина ослабила путы до привычного покалывания.

— Придет время, — сказала она, направляя лошадь на запад, — и ты расскажешь мне все, что лежит у тебя на сердце, причем добровольно.

Руки Френтиса изо всех сил сжали поводья. Внутри у него все переворачивалось, он беззвучно выл, заключенный в свою тюрьму из рубцов. Внезапно он понял, каким образом они все — хозяин, эта женщина — получили над ним власть. Шрамы! Последний дар Одноглазого, его неотвратимая месть.

Так они проскакали до полудня. Переждали под небольшим навесом палящее солнце, чтобы ближе к закату, как только удлинились тени, вновь отправиться в путь. Наконец достигли небольшого оазиса, уже забитого караванами, остановившимися на ночлег. Френтис напоил коней и разбил лагерь на самой границе оазиса. Караванщики выглядели веселыми и довольными жизнью: свободные, они обменивались новостями со старыми приятелями, распевали песни или травили байки. Большинство было в синем. Впрочем, хватало и ветеранов в сером, с бородами чуть ли не длиннее их караванов.

К ним начали подходить люди: кто с надеждой продать товар, кто — желая узнать, что происходит в других областях их обширной империи. Отказываясь от покупок, пересказывая какие-то мелкие слухи о делах в Совете или рассуждая о результатах турниров мечников, интересовавших здесь всех и каждого, женщина держалась ровно и приветливо.

— Так Синие опять продули? — разочарованно качал головой, не в силах поверить, одетый в серое старикан. — Эх, всю жизнь за них болею! Проиграл на ставках уже целое состояние, если не два.

— Значит, переключайтесь на Зеленых, отец, — рассмеялась женщина и кинула в рот финик.

— Мужчине пристало менять команду лишь тогда, когда он сможет сменить кожу, — ощетинился ветеран.

Вскоре их оставили в покое. Френтис закончил дела по обустройству ночлега, и теперь они просто сидели у костра, глядя в ночное небо. В год его вступления в орден мастер охоты Хутрил научил мальчика читать звезды, и он знал, что «рукоять» созвездия Меча указывает на северо-восток. Но из-за пут он должен был теперь двигаться в противоположную от Королевства сторону, и неизвестно, куда заведет дорога.

— У альпиранцев, — начала женщина, опустившись на расстеленное одеяло и опершись локтем о подушку, — некоторые умудряются разбогатеть, рассказывая доверчивым глупцам сказки о знамениях, которые якобы читаются по звездам. Но твоя вера, насколько мне известно, не поощряет подобной чепухи.

— Звезды — это далекие солнца. По крайней мере так утверждает Третий орден. У далеких светил не может быть власти над земными людьми.

— Объясни, почему ты убил надсмотрщика, а не хозяина?

— Тот стоял ближе, а добросить было нелегко. — Френтис посмотрел ей в глаза.