ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Телеведущий программы «Сыщик-резидент», любитель хорошо поработать и хорошо отдохнуть, Морган Шеппард просыпается с похмелья и обнаруживает, что прикован наручниками к кровати в незнакомом гостинич... Угадай кто Крис Макджордж Chris McGeorge GUESS WHO © В. Г. Яковлева, перевод, 2018 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2018 Издательство АЗБУКА® * * * Дзынь, дзынь, дзынь. Дзынь, дзынь, дзынь. Звон был настоящий, и звенело совсем рядом. Открыть глаза. Все вокруг плывет, темнота. Что происходит? Слышно чье-то тяжелое дыхание – понадобилась долгая секунда, чтобы понять: дышит он сам. Все чувства мерцают, как лампы в больничном коридоре. А потом – да-да, теперь он ощущает, как вздымается и опускается грудь, ощущает поток воздуха, рвущийся сквозь ноздри. И воздуха не хватает. Он попытался вдохнуть глубже и понял, что во рту у него совершенно сухо, – язык ворочается словно в темнице, стены которой оклеены наждачной бумагой. Тишина… Впрочем, нет, где-то рядом все еще звенит: дзынь, дзынь, дзынь. Он успел привыкнуть к этому звону. Телефон. Попробовал пошевелить руками, но не смог. Обе руки где-то над головой, задраны вверх и тихонько дрожат, а в ладонях покалывает. Запястья схвачены чем-то твердым и прохладным. Металл? Да, похоже на то. Вокруг запястий железные обручи… наручники? Он попытался пошевелить онемевшими руками, чтобы понять, к чему прикован. Вертикальная перекладина у него за спиной. И он прикован к ней наручниками? Он попытался изогнуться и выяснить, так ли это, но руки едва не выскочили из плечевых суставов; локти дрожали. Значит, он сидит спиной к этой штуковине, как ее там… Но сидит на чем-то мягком, и сейчас ему неудобно, скорее всего, потому, что он немного сполз вниз. Полусидит, полулежит… дурацкая поза. Он подобрался, уперся ногами и подтянулся повыше. Стопа скользнула – туфли, ну да, на ногах туфли, а он совсем

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Уберу, если выпьешь со мной, – ответил довольный Тим, вероятно полагая, что она кокетничает.

– Лучше застрелиться… ты уж не обижайся.

– Ну что ты такая упрямая? Ты зачем сюда пришла? Повеселиться?

Тим схватил ее и за другую руку, да так, что не вырваться. А это было уже совсем нехорошо. И удобный случай, который ей позарез нужен, потихоньку ускользал. И вдруг ее охватила страшная злость. Ей казалось, еще минута, и она прибьет этого пигмея, чтобы не упустить шанс поймать более крупную рыбу.

– Хочешь знать, зачем я сюда пришла? – спросила она, не успев прикусить язык. – Я пришла сказать пару ласковых слов твоему господу и спасителю Моргану Шеппарду. Все вы тут – ничтожные идиотики, веселитесь с чудовищем, цепляетесь за него только потому, что он якобы может поднять вас на вершину. А что он натворил в своей жизни, вам наплевать, верно? Да что там, ведь вы, скорее всего, ему в этом и помогали.

Тим изо всех сил старался понять, о чем она говорит, и захват несколько ослаб. А ее уже понесло, она не могла удержаться и не высказать все, что накипело, и зачем она сюда пришла. А то, что Тим – не тот человек, в которого нужно метать громы и молнии, уже не имело значения.

И она закричала:

– Морган Шеппард разрушает человеческую жизнь! А вы все стоите там и снимаете это для телевизора! Ради чего? Ради личной наживы. Ты хоть помнишь его? Кто-нибудь из вас помнит моего брата? Шона Филлипса? Он был на шоу у мистера Шеппарда, на вашем шоу! Это было три года назад! Он был там с девушкой, матерью своего ребенка! А Морган Шеппард доказал, что Шон завел роман на стороне! А никакого романа не было! Я могу это доказать! У меня есть твердые доказательства, что у Шона не было романа! А ваш Морган Шеппард разрушил его жизнь!

Тим чувствовал себя не в своей тарелке. Она уже кричала во весь голос, но музыка так гремела, что никто не обращал на нее внимания.

– Он покончил с собой! – вопила она. – Мой брат покончил с собой!

Тим отпустил ее.

– Он покончил с собой, – проговорила она уже тихо, закрыла лицо ладонями и расплакалась.

Ее уже тошнило от него, да и от себя тоже. Как он ее задолбал! Она терпеть не могла слезы.

И голос Шона в голове не давал о себе знать. Как будто ему сказать нечего. Это все? Она осталась одна?

А Тим стоял и, вытаращив глаза, смотрел на нее.

– Ладно, – промямлил он наконец. – Знаешь что… не люблю, когда девушки так, понимаешь… психуют. Так что я, пожалуй, пойду… я и один могу выпить… а тебе… приятно повеселиться.

И исчез этот Тим, в тень превратился, еще одну в темноте.

Она вытерла глаза и подумала, что еще, похоже, есть возможность поймать Шеппарда. Двинулась к туалетам, и сердце ее замерло.

Так вот же он, перед ней. Самодовольный ублюдок, лощеный, с пьяной улыбкой на губах. Он пробирался сквозь толпу и шел прямиком к ней.