ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Телеведущий программы «Сыщик-резидент», любитель хорошо поработать и хорошо отдохнуть, Морган Шеппард просыпается с похмелья и обнаруживает, что прикован наручниками к кровати в незнакомом гостинич... Угадай кто Крис Макджордж Chris McGeorge GUESS WHO © В. Г. Яковлева, перевод, 2018 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2018 Издательство АЗБУКА® * * * Дзынь, дзынь, дзынь. Дзынь, дзынь, дзынь. Звон был настоящий, и звенело совсем рядом. Открыть глаза. Все вокруг плывет, темнота. Что происходит? Слышно чье-то тяжелое дыхание – понадобилась долгая секунда, чтобы понять: дышит он сам. Все чувства мерцают, как лампы в больничном коридоре. А потом – да-да, теперь он ощущает, как вздымается и опускается грудь, ощущает поток воздуха, рвущийся сквозь ноздри. И воздуха не хватает. Он попытался вдохнуть глубже и понял, что во рту у него совершенно сухо, – язык ворочается словно в темнице, стены которой оклеены наждачной бумагой. Тишина… Впрочем, нет, где-то рядом все еще звенит: дзынь, дзынь, дзынь. Он успел привыкнуть к этому звону. Телефон. Попробовал пошевелить руками, но не смог. Обе руки где-то над головой, задраны вверх и тихонько дрожат, а в ладонях покалывает. Запястья схвачены чем-то твердым и прохладным. Металл? Да, похоже на то. Вокруг запястий железные обручи… наручники? Он попытался пошевелить онемевшими руками, чтобы понять, к чему прикован. Вертикальная перекладина у него за спиной. И он прикован к ней наручниками? Он попытался изогнуться и выяснить, так ли это, но руки едва не выскочили из плечевых суставов; локти дрожали. Значит, он сидит спиной к этой штуковине, как ее там… Но сидит на чем-то мягком, и сейчас ему неудобно, скорее всего, потому, что он немного сполз вниз. Полусидит, полулежит… дурацкая поза. Он подобрался, уперся ногами и подтянулся повыше. Стопа скользнула – туфли, ну да, на ногах туфли, а он совсем

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он чувствовал себя неуютно, словно боялся, что у него в любую секунду могут вспыхнуть штаны. И конечно же, это никакой не охранник – ему бы никто и куска хлеба охранять не доверил.

– Здравствуйте, мистер Карвер, – сказал человечек и протянул трясущуюся лапку.

Кас пожал ее. Она была холодная и влажная. Что-то случилось, что-то очень нехорошее.

– Меня зовут Эван Райт, я занимаюсь координацией связей с родственниками заключенных в тюрьме Пентонвиль. Прошу вас, пройдемте ко мне в кабинет.

– Я бы предпочел встретиться с отцом.

Эван Райт коротко улыбнулся.

– Прошу вас. – Он жестом показал вглубь коридора.

Делать нечего, Кас поплелся за чиновником, и скоро они оказались в небольшом кабинете, заставленном шкафами для документов, картотеками и стеллажами с папками.

Человечек проскользнул за стол, уселся и, казалось, сразу успокоился. Словно теперь, когда их разделял стол, можно было не волноваться. Кас сел напротив.

– Мистер Карвер, когда в последний раз вы видели отца, Яна Карвера? – спросил мистер Райт.

– На прошлой неделе. Во время свидания в выходные. Что-нибудь случилось?

– Как он вам показался? – продолжал мистер Райт, пропуская вопрос Каса мимо ушей.

– Нормально. Он же сидит в тюрьме. Так что нормально, насколько это возможно. Может, скажете, в чем дело?

Кас заволновался, а он-то знал, на что способен, когда разозлится. В голове зазвучал голос доктора Уинтера: «Ты должен научиться пользоваться своей злостью. Не давать ей собою командовать. Ты сам должен ею управлять».

Райт выставил вперед ладонь, словно предвидел вспышку Каса. Потом опустил руку на стол и снова улыбнулся короткой, печальной улыбочкой.

– За последнюю неделю ваш отец вел себя очень странно. Обычно он смирный. Держится в стороне от, скажем так, некоторых весьма колоритных личностей, которые сидят у нас в Пентонвиле. А тут вдруг отношения у него с названными людьми испортились. Тюрьма – место своеобразное. У нас время течет совсем по-другому. Все может мгновенно поменяться, не успеешь и глазом моргнуть. В общем, ваш отец неожиданно нажил себе врагов. Причем врагов довольно могущественных.

– С чего бы это?

– Мы надеялись, вы это знаете.

– Нет. Он… Он… – начал Кас, пытаясь подобрать нужные слова, но не смог. – С ним было вроде все в порядке.

– Насколько нам известно, он переживал некий психологический кризис.

– Насколько вам известно? Вы же здесь работаете, в тюрьме все в ваших руках. Ради бога, спросите у него самого, и дело с концом, – сказал Кас.

Опять эта улыбочка. И до Каса дошло. Они не могли спросить у Яна Карвера, потому что Яна Карвера больше не было, спрашивать некого.

Мистер Райт прокашлялся.