ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Телеведущий программы «Сыщик-резидент», любитель хорошо поработать и хорошо отдохнуть, Морган Шеппард просыпается с похмелья и обнаруживает, что прикован наручниками к кровати в незнакомом гостинич... Угадай кто Крис Макджордж Chris McGeorge GUESS WHO © В. Г. Яковлева, перевод, 2018 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2018 Издательство АЗБУКА® * * * Дзынь, дзынь, дзынь. Дзынь, дзынь, дзынь. Звон был настоящий, и звенело совсем рядом. Открыть глаза. Все вокруг плывет, темнота. Что происходит? Слышно чье-то тяжелое дыхание – понадобилась долгая секунда, чтобы понять: дышит он сам. Все чувства мерцают, как лампы в больничном коридоре. А потом – да-да, теперь он ощущает, как вздымается и опускается грудь, ощущает поток воздуха, рвущийся сквозь ноздри. И воздуха не хватает. Он попытался вдохнуть глубже и понял, что во рту у него совершенно сухо, – язык ворочается словно в темнице, стены которой оклеены наждачной бумагой. Тишина… Впрочем, нет, где-то рядом все еще звенит: дзынь, дзынь, дзынь. Он успел привыкнуть к этому звону. Телефон. Попробовал пошевелить руками, но не смог. Обе руки где-то над головой, задраны вверх и тихонько дрожат, а в ладонях покалывает. Запястья схвачены чем-то твердым и прохладным. Металл? Да, похоже на то. Вокруг запястий железные обручи… наручники? Он попытался пошевелить онемевшими руками, чтобы понять, к чему прикован. Вертикальная перекладина у него за спиной. И он прикован к ней наручниками? Он попытался изогнуться и выяснить, так ли это, но руки едва не выскочили из плечевых суставов; локти дрожали. Значит, он сидит спиной к этой штуковине, как ее там… Но сидит на чем-то мягком, и сейчас ему неудобно, скорее всего, потому, что он немного сполз вниз. Полусидит, полулежит… дурацкая поза. Он подобрался, уперся ногами и подтянулся повыше. Стопа скользнула – туфли, ну да, на ногах туфли, а он совсем

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Карвер подвинул пачку бумаги к настольной лампе. Самое важное – первые впечатления, и, если что-то пойдет не так, окажется не на своем месте, все отправится коту под хвост. Поэтому здесь нужно быть особенно аккуратным. Он неоднократно бывал в «Грейт-отеле», сделал не одну тысячу фотографий, которые показались бы неинтересными даже самым непритязательным фотографам. Он измерил все, что можно измерить: расстояние между бумагами и лампой, расстояние между телевизором и списком услуг для постояльцев, банальнейшие вещи, которые по отдельности не имели бы никакого значения ни для кого. Но, собранные вместе, они могли сыграть свою роль и испортить тщательно созданную картину.

Аманда работала «снаружи»: устанавливала экраны, на которых, как бы из окна гостиничного номера, будет виден центр Лондона. Она не очень-то верила, что это сработает, но Карвер создал макет в уменьшенном масштабе и убедил ее. Теперь же ее скептицизм вернулся. Большой экран охватывал окно, создавая ощущение глубины. Аманда устанавливала новый экран, прилегающий к первому, передающему в точности ту же картину и обеспечивая ту самую иллюзию глубины. Как в старом добром телевизоре – скажем, необходимо показать кухню с окном, выходящим в сад, – надо сделать все возможное, чтобы зрители могли заглянуть в это окно, создать для них достаточный кусочек сада. И возникнет иллюзия, что за окном действительно сад, – именно так он и создал иллюзию неба над Лондоном. Запустил прямую трансляцию видеопотока в реальном времени в совокупности с высокого качества звуком из настоящего номера в «Грейт-отеле»: приглушенный шум улицы с движущимися автомобилями, самолетами и так далее. Пусть все это ненастоящее, зато качество более чем удовлетворительное.

– Ты уверен, что сработает? – спросила Мэнди, приплясывая перед так называемым окном и окидывая взглядом свою работу. – Лично я вижу лишь несколько экранов с видом Лондона. Да, понимаю, они сливаются, смотрится сносно, звуки тоже слышны нормально. Но все равно это экраны.

– Ты видишь экраны, потому что знаешь, что это экраны, – ответил Карвер. – Люди будут в ужасе, в сильнейшем стрессе, такого в их жизни еще не было, и их мозги сработают против них, додумают то, чего глаза не видят. А уж тебе придется притворяться.

Карвер подошел к Мэнди и осторожно прикрыл ее глаза ладонями. Она хихикнула, как школьница, у него от этого мурашки по спине побежали.

– А теперь подумай, – сказал он, не убирая рук. – Что сейчас видишь?

– Лондон, – ответила она слишком уж торжествующе, подпрыгнула и поцеловала Карвера в щеку.

Он изобразил на лице улыбку. Конечно, он был не вполне уверен, получится ли, сработает ли хоть что-нибудь. На любом этапе, в любую минуту весь план может рухнуть. Экраны. Труп. Нож. Мобильники. Да и Мэнди тоже.