ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Все ближе 21 декабря 2012 г. — день, когда, согласно пророчеству древних майя, истечет отмеренный человечеству срок. Все чаще звучит роковой вопрос: погибнет ли наша планета или мы сможем шагнуть в... Двенадцать Уильям Глэдстоун От автора Дорогой читатель! Из древних скрижалей индейцев майя и по сведениям ученых, изучающих их священный календарь, явствует, что двадцать первого декабря две тысячи двенадцатого года наступит конец летоисчисления и начнется новая эра. От нынешней ее отличит совсем иная вибрация. Жадность и материализм отойдут на второй план. Главенствовать будет гармония всего сущего. Отдельно взятый человек в этот день — двадцать первого декабря две тысячи двенадцатого года — не обязательно заметит радикальную перемену в своей жизни. Но масштабы общих изменений будут колоссальными и со временем лишь возрастут. Некоторые ученые полагают, что произойдут определенные изменения в галактике, которые скажутся даже на магнитном поле Земли и ее электронных полюсах. Специалисты, углубленно изучающие цивилизацию майя, в большинстве своем склонны считать, что грядущие перемены вовсе не будут сопряжены со стихийными бедствиями, несущими невзгоды нашей планете и ее обитателям, в том числе людям. Древние создатели индейских скрижалей верили в торжество созидательных сил, которое увенчается судьбоносным шагом в новую эру. Человечество сделает его двадцать первого декабря две тысячи двенадцатого года, как это и описано в моем романе «Двенадцать». Решения и поступки, которые вы совершите в этот день, способны повлиять на неуловимое колебание чаши весов в сторону планетарной гармонии. Выбор за вами. В радости — Уильям Глэдстоун 12 марта 1949 года Большой взрыв, имевший место двенадцатого марта тысяча девятьсот сорок девятого года, не был тем событием, которое привело к возникновению жизни во Вселенной. Оно подробно описано Стивеном Хокингом и многими другими учеными. Тем

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Даже богам предпочтительно вбирать человеческий опыт во всей его полноте — с борьбой, а подчас с поражениями и разочарованиями. Люди склонны не выказывать неприглядную сторону своей жизни. Богам же свойственно радоваться всей гамме переживаний. Даже с пробуждением вы не избавитесь от вызовов, но будьте спокойны. Даже в поражениях и неудачах вы лишь с большей полнотой будете ощущать свое многомерное человеческое существование. Берегите Макса, себя и радуйтесь той жизни, которую вам суждено было создать и прожить, — напутствовал он. — Да будет радость Вселенной нескончаемо с вами!

С этими словами Тринадцатый Апостол удалился.

Даже с приходом ночи не поблекла радость на лицах Двенадцати и Макса. Они спустились по тропе, все еще влажной от дождя. Внизу их дожидался Мануэль.

Путников он встретил с улыбкой на лице. Улыбались и шоферы, ждавшие все это время в машинах. В молчании, преисполненном искренней взаимной симпатии и сплоченности, все возвратились в Тапачулу.

Конец времен настал и минул. Сгинуло ощущение гнетущего предчувствия.

Настала новая эра.

Глава 34

Пробуждение

21 декабря 2012 года

К тому времени как Двенадцать выходили из своих миниавтобусов у отеля Тапачулы, этого укромного городка в далекой мексиканской провинции, по всему миру уже начала распространяться весть о том, что произошло нечто чрезвычайное. Ученые зафиксировали неожиданное отклонение земной оси. Сместились магнитные поля и даже сама орбита Земли. Последствия всего этого были пока неясны, но СМИ — телевидение, радио, Интернет — уже наперебой транслировали и взахлеб обсуждали самые разные домыслы.

Вместо, казалось бы, вполне оправданной волны паники большинство населения отреагировало на будоражащее известие на редкость спокойно, вполне благодушно. Хотя среди комментаторов событий нашлись и такие, кто чуть ли не кричал: «Спасайся кто может!» Ученых изумляло то, что сдвиг этот произошел абсолютно спонтанно и при этом не сопровождался никакими природными катаклизмами — ни тебе землетрясений, ни цунами.

На Дальнем Востоке, где было уже утро двадцать второго декабря, солнце воссияло на безоблачном небе с неожиданной мягкостью. Да и вообще на Земле это утро выдалось необычайно погожим.

Войдя в гостиницу, Макс обратил внимание на то, что решительно все, от швейцаров до портье, непринужденно улыбаются, словно выдавая свою причастность к сокровенному знанию, к одному и тому же внутреннему фокусу, оптимистичная суть которого в том, что все и вся на некоем глубинном уровне между собой взаимосвязаны — все равно что разные клетки единого организма. Для Макса же это было не метафорой, а естественным фактом.