Существовала даже целая инфраструктура по привлечению наёмников и авантюристов для борьбы с этим бедствием. Вот капитан Дондогай и подрядился в эту «Гильдию Охотников» как вольнонаёмный боец. Поначалу, правда, его считали там самоубийцей, потому как он вроде как одиночка, да ещё и одетый в чёрт-те что, явно с чужого плеча, с ходу взялся за сложнейшее задание. Даже морду кому-то там начистил… но потом, после пары успешных ходок, появилось уважение, а после того, как парни зачистили логово каких-то рогатых циклопов-питекантропов, бурята в городе стали почитать за героя.
В общем, на сегодняшний день вопрос с финансами был практически решён. Дело осталось за малым: выйти на контакт с герцогом, выдать ему правильную легенду и переправить ему необходимую сумму…
– Ну? – майор окинул быстрым взглядом фигуру вытянувшегося по стойке «смирно» улыбающегося подчинённого, очень похожего сейчас то ли на древнего монгола, то ли на манджурца. – Давай, конный моторизированный бурят-подводник! Рассказывай, чего светишься, как лампочка Ильича?
Уж не знаю, чем я во время охоты на волко-годзиллу расстроил свою лаоши, но, запихнув в отдельное кольцо тушу монстра, она всю дорогу до города была хмурой и отказывалась разговаривать. А как добрались, выбросила собакена на главной площади района Шень, вскрыла грудину чудовища и, забрав что-то оттуда, ушла, наказав господину Багуа извлечь кости. Вернулась под вечер весёлая и пьяная вдрабадан, споила Янку, а мне даже не предложила… Ну а утром – началось!
К сожалению, здесь действовало правило: «Вассал моего вассала – не мой вассал!», а точнее: «Ученик моего ученика – не мой ученик!» Так что Ву Шу хоть и посматривала с интересом на то, чему я учу девочку, но не вмешивалась, а как только я посчитал, что та вполне поняла движения и может начать повторять их самостоятельно, сразу же насела на меня, погнав медитировать. Мне бы по-хорошему с Юнь Ми побыть, понаблюдать, исправить, что не так, но по местным понятиям я своё дело сделал, и дальше ученица уже всё сама. А моё мнение в этом вопросе лаоши не рассматривала.
– …Ты опрометчив и не сдержан! Ты готов задавить своей чистой силой любого, кто встанет у тебя на пути! Ты подобен ремесленнику, который превзошёл в чём-то мастера и остановился на этом, думая, что теперь и впредь будешь непревзойдённым! – продолжала разоряться Святая, хмуро расхаживая по берегу. – Но ты даже не можешь поднять всей своей силой и капли воды! Это откровенный позор для равного Верховному Диктатору и Наддуховному Императору Неба, Земли и Бесконечного Дао!
Я промолчал, продолжая изображать статую Будды, а лаоши, так и не дождавшись моей реакции, вновь завела свой обличительный монолог.






