ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Очередная фантазия на тему: «Северус Снейп, как оно было». Если представить, что у Снейпа был брат-близнец, как бы в этом случае могли развиваться события? Комментарий автора: Вот так получается,... Братья Олеся Шеллина Глава 1 Молодой черноволосый коротко стриженый парень вышел из камина в больничном крыле и обратился к стоящей неподалеку женщине. — Как он? — Плохо. Он сейчас без сознания, и я не представляю себе, чем я могу ему помочь. Как оказалось, маги бессильны против этой напасти, — она горестно вздохнула и, покачав головой, подошла к лежащему на кровати юноше. — А я не представляю, как никому в голову не пришло, что с ним что-то не так. Почему люди настолько близоруки, а, Поппи? Можешь не отвечать, это был риторический вопрос. Парень быстро приблизился к кровати и опустился перед лежавшим на ней юношей на колени. Нужно сказать, что выглядел юноша нехорошо, совсем нехорошо. Очень бледный и худой, с явно немытыми черными волосами, разбросанными по белоснежной подушке, как змеи с головы Медузы, с запавшими глазами и темными кругами под ними, и находившийся явно в глубокой отключке. На секунду прижавшись лбом к руке лежащего, парень встал и начал быстро извлекать из лежащей у кровати сумки приспособления, в которых мадам Помфри без труда узнала маггловские предметы для введения в кровь различных жидкостей. Со сноровкой, указывающей на то, что делать это ему не в новинку, парень собрал складной штатив для установки бутылок, а также прибор, называемый в народе капельницей. Затем из сумки были извлечены различные флаконы и ампулы. Когда все было собрано и установлено, игла безошибочно нашла вход в вену на руке юноши, и лечебная жидкость по каплям стала вливаться в его кровь. Парень придирчиво осмотрел дело своих рук, и, вздохнув, подошел к окну, которое было открыто, в связи с наступившим первым летним месяцем. За окном расстилалась прохладная ночь, такая характерная

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Так какой у тебя патронус?

— Экспекто патронум, — Алекс поздравил себя с тем, что сидел, потому что взлетевший к потолку полупрозрачный орел заставил его выпучить глаза и наблюдать за его полетом с отвисшей челюстью. Когда патронус исчез, он медленно перевел взгляд на Лили. Она съежилась на кровати и тихо плакала.

— Я даже не хочу знать, почему орел. Я просто не хочу этого знать, — Алекс на мгновение закрыл глаза. — Ты видела хоть раз патронус Северуса?

Лили покачала головой и ответила охрипшим от слез голосом.

— Где бы я его увидела?

— Тогда какого хрена лань? — Алекс вскочил и заметался по комнате. — Скорее всего это действительно плод странной ассоциации, порожденный больным мозгом. Ладно, похоже, патронус Сева мало кому известен, так что будем импровизировать. Лили, — он остановился перед съежившейся женщиной, затем опустился перед ней на колени, — послушай меня. Я не буду перед тобой извиняться, просто не умею, я не знаю как это произошло и почему, но что-то изменить уже невозможно. Я все равно не смогу дать тебе то, чего ты хочешь. А теперь послушай меня. Было произнесено пророчество, касающееся твоего будущего ребенка. Вообще-то оно расплывчатое, но в нем есть одно условие: Волдеморт должен сам выбрать себе соперника. У меня очень мало исходных данных, я знаю только одно, он определился с выбором и этот выбор пал на тебя. Так что никуда не ходи одна, а еще лучше вообще никуда не ходи. Наложите на дом Фиделиус или еще какую-нибудь защиту и не высовывайся, — она смотрела на Алекса широко открытыми глазами, в которых застыл ужас.

— Алекс, я не понимаю, почему именно мой сын?

— Я не знаю, но я попытаюсь выяснить, — Алекс вздрогнул, когда Лили вдруг обхватила его за шею руками и прижалась к нему всем телом.

— Пообещай мне, Алекс, пожалуйста, пообещай, чтобы этот орел был хоть чем-то обеспечен, что позаботишься о моем сыне, если вдруг со мной что-нибудь случится.

— Я не раздаю подобных обещаний, куколка, — Алекс мягко разжал руки цепляющейся за него женщины и слегка отстранился от нее.

— Пожалуйста, Алекс, — Лили снова тихо зарыдала.

— Я еще могу понять, почему у тебя такой оригинальный патронус, но я не могу понять, почему ты всегда позволяешь мне себя унижать?

— Ты просто бревно бесчувственное, и все равно не поймешь, но я попытаюсь объяснить тебе на пальцах: это происходит по той же причине, по которой Северус позволял мне вертеть собой. Вот такой вот неравноценный обмен. Ты обещаешь?

— Я не могу понять сущности твоей просьбы. Что значит — если с тобой что-нибудь случится?

— Если я погибну и Джеймс тоже. Если мой мальчик останется сиротой.