— Кстати, а чем занимается твой братец?
— В те моменты, когда не лается с мамой? Ищет Хвоста, только пока безрезультатно. И это вместо того, чтобы забрать крестника и начать уже заботиться хоть о ком-нибудь, а не только о себе.
— Да его Альбус сказками кормит, о том, что крестник нормально устроен в семье своей тетки, вот он и верит.
— А ты, значит, не веришь?
— А я знаю Петунью, чтобы прямо заявить: маленькому магу у нее как минимум некомфортно живется, к тому же «У Петуньи с Джеймсом… натянутые отношения», — последнюю фразу Алекс произнес, немного повысив голос, явно кого-то цитируя. — Ты нашел, где они живут?
— Я и не искал. Я намекнул твоему отцу, что ты обещал проследить, что ребенку одной женщины определены нормальные условия существования в случае ее смерти. Сказал, что ее сестру зовут Петунья Эванс, и ты хочешь, так, издалека, посмотреть, все ли с ребенком в порядке. Вот адрес, — и Люциус кинул на стол бумажку с адресом. — По-моему Тобиас решил, что это твой сын, — Малфой специально выждал время, когда Алекс сделает глоток кофе. Предсказуемо весь кофе оказался на столе.
— Ты так не шути больше, — прохрипел капитан.
— А я не шучу. Что на тебя вообще нашло? Почему ты вдруг так заинтересовался мелким Поттером?
— Просто мне не по себе в последнее время, вот и все.
— Что конкретно ты обещал Лили? Если можно, слово в слово, — Довольно серьезно проговорил Малфой.
— Я обещал предоставить защиту, если парень будет в ней нуждаться, — неохотно ответил Алекс.
— И как давно тебя клинить начало? — Регулус смотрел на друга с каким-то жадным любопытством.
— Где-то с год. С тех пор, как понял, что Сириус, увлеченный поисками Хвоста, не собирается даже принимать участие в жизни крестника.
— Вот ведьма, — в голосе Люциуса появилось неподдельное восхищение. — Как изящно она тебя подставила. Невинное обещание перевести практически в клятву, да еще и расширить ее трактование, потому что я сомневаюсь, что Поттеру действительно грозит серьезная опасность, а дискомфорт проживания в доме магоненавистников вполне можно пережить.
Алекс мрачно рассматривал столешницу со следами кофе. Невербальное беспалочковое заклятье мгновенно очистило поверхность. Капитан мысленно соглашался с каждым словом Люциуса. Чувство, что он должен — нет, не так, — обязан хотя бы посмотреть на условия жизни мальчишки, становилось с каждым днем все навязчивее. А раз за разом взлетающий к потолку орел, который снился ему уже каждую ночь, заставлял Алекса спать все меньше и меньше.
В отношении Лили у капитана и вовсе не осталось нормальных слов, только матерные.






