Иначе вы позволили бы вашим дяде с тетей самим принимать решения. – Сирена провела рукой по все еще влажным волосам. – Извините, мне не следовало этого говорить.
– Действительно, не следовало. Вы же видели станцию. Ее никак нельзя назвать современной. Здесь многого не хватает.
– Например, радиаторов.
– В том числе и радиаторов. – Грейндж бросил взгляд на руки Сирены. Ему хотелось, чтобы она снова коснулась его. – Это все потому, что дядя сейчас старается вложить в дело как можно меньше, потому что ждет, пока откроется лыжный курорт. И вот тогда он приведет станцию в порядок, по крайней мере так он говорит. А у тети то же самое с ее антикварным магазинчиком. Он кое-как окупается благодаря туристам, которые едут на озеро Тахоа, но она выбивается из сил в расчете на будущее.
– На лыжный курорт?
Грейндж кивнул
– Слухи ходят уже много лет. Ей-Богу, весь городок живет в ожидании каких-то состоятельных инвесторов, которые должны купить вон ту гору и устроить лыжный курорт. Но этого не случится. Я и приехал уговорить родственников смириться с этим и не ждать у моря погоды.
Сирена кивнула.
– И долго вы еще здесь пробудете?
– Не знаю. Температура у дяди упала сегодня утром, но он еще слишком слаб и не может напрягаться. А мне надо сесть перед ними и заставить себя выслушать.
– Надеюсь, он скоро поправится. – К ее отцу болезнь подкралась незаметно, и, прежде чем она поняла, что происходит, он умер. Сейчас ей не хотелось об этом говорить. По правде говоря, ей никогда не хотелось говорить о смерти человека, которого она любила всем сердцем.
– Я тоже. Я так люблю этого старого упрямца. – Грейндж поднялся. – Уже почти десять. Я хочу послушать новости бизнеса по Си-эн-эн, а потом нам надо бы поспать.
Сирена смотрела, как он собирает посуду и складывает ее в раковину. Под тонкой рубашкой перекатывались мускулы.
– Нам?
– А что, цыганки не спят?
– Терпеть этого не могут.
– Только не говорите мне, что вы не устали, ладно? После такой работы вы должны с ног валиться. Устраивайтесь в спальне, а я лягу на кушетке.
Сирена открыла было рот, чтобы сказать ему, что так не пойдет, но тут же закрыла. Если бы она не умела быстро принимать решения, она все еще вкалывала бы для Сеймора. Теплой одежды у нее не было, и в машине спать было нельзя. Дядя и тетя Грейнджа доверяли ему, и она тоже решила на него положиться. Она встала и отнесла в кухню все оставшееся от обеда.
– Давайте, я вымою посуду, – предложила она.
– Ни в коем случае. Это самое меньшее, что я должен сделать для человека, который несколько часов подряд гнул на меня спину, да еще спас обед.
Сирена взглянула на Грейнджа, пожалев о том, что не может взмахнуть накладными ресницами.
– На кушетке лягу я. Вы там не уместитесь.
Грейндж повернулся спиной к кушетке и решительно шагнул в кухню.






