Мне понятно, что у него на уме. – Герти подошла к окну и локтем вытерла пыль с подоконника. – Он надеется застать нас врасплох. Думает, что, если мы не успеем подготовиться к разговору, он нас переговорит.
– Я думаю, дело не в том. – Сирена встала рядом с ней у окна. На небе кое-где появились облака, но ни одно из них не угрожало снегопадом. – Он просто хочет удостовериться… О, я не знаю, что он думает.
– Вы с ним об этом не говорили?
Сирена в ответ пробормотала что-то невнятное и стала рассказывать, как она оценила вещи, внезапно продала одну из них, решила вернуться в Сноу-Сити и открыла счет в банке.
Герти вдруг бросилась к ней на шею.
– Ты замечательная! Просто замечательная.
Сирена, полузадушенная, умудрилась проговорить:
– Замечательная? Почему?
– Потому что ты настоящий человек, вот и все. Я знавала людей, к которым вдруг приходило богатство. Они сразу бросали работу и начинали покупать все подряд. А ты ничего этого не делаешь.
Потому что это не просто деньги. Это часть жизни моего отца
.
– Но у меня нет работы.
– Тебе надо купить дом. Не можешь же ты вечно жить на колесах.
Прошло больше часа, но в ушах Сирены все еще звучали эти слова. Она хотела посидеть в магазине и послушать о планах тети Герти, но туда все время приходили люди. Сказав Герти, что позаботится об обеде, она пошла к машине.
Один из посетителей упомянул о том, что архитектор попросил, чтобы за проект с ним расплатились не деньгами, а возможностью снять на время один из самых красивых домов в городе. Сирене пришло в голову взглянуть на этот дом, и она поехала по узким улочкам, не чувствуя никакого сожаления, что не позаботилась взять адрес. Скоро она нашла небольшой квартал, окруженный деревьями, где дома очень походили друг на друга, может быть, потому, что в каждом дворе стоял снеговик. Однако ни один из них не был похож на тот, что описывал посетитель Герти.
Дважды объехав всю округу, Сирена свернула на узкую улочку, с которой открывался вид на Сноу-Сити, застроенную самыми разными домами. Некоторые были такими огромными, что, казалось, вот-вот рухнут под собственной тяжестью, другие явно предназначались для семей рабочих. Притормозив перед крутым зигзагом дороги, Сирена призналась себе, что не так уж ей хотелось посмотреть на дом архитектора. Ей просто не давал покоя неугомонный характер.
Что ей с ним делать?
Как ей жить дальше?
Что делать с ее чувствами к Грейнджу?
Все время вопросы! Сирена с размаху ударила кулаком по рулю.
Она не сразу заметила на обочине дороги табличку «Продается», залепленную снегом и грязью. Повинуясь порыву, она свернула в узкий проулок и остановила машину. Дорожка, ведущая к дому, что скрывался за деревьями, была не расчищена. Она вылезла из машины, порадовалась, что на ней высокие ботинки, и надела отцовский пиджак.






