Подъезжая к дому, увидели выезжающего нам навстречу всадника.
— Брат, — коротко сказал Зодар.
— Брат?
Я с удивлением смотрела на приближающегося герцога. Именно замешательство, вызванное удивлением, помогло мне отвлечься и спокойно встретить взгляд начальника.
— Мы выросли вместе, — пояснил подъехавший.
— Я могла догадаться, — почти шепотом ответила я. Неловкость ощущалась, и я нетерпеливо посмотрела на Зодара — будем ехать или нет?
— Наташа, если вы не очень устали, может, проедемся немного шагом?
— Извините — устала. Это вторая тренировка сегодня. У вас ко мне что-то срочное?
— Нет, нет ничего, что не подождет до ужина.
— Тогда встретимся вечером.
Я оставила коня Зодару расседлывать, а сама пошла в дом, чтобы принять ванну и переодеться. Герцог стоял у гостевого дома с охранниками, и я вдруг подумала — а он же не с тренировки. Он целый день ехал сюда. Должен устать зверски. Зачем же поехал нам навстречу, не накатался еще? И мы опять на «вы». Меня это устраивало. А еще мне понравилось, как я держалась, пусть это получилось и случайно. Спокойно, по-деловому. С ним только так и нужно. Так зачем он выехал навстречу, мы же могли быть возле деревни, это далеко для уставшего всадника. Не терпелось увидеть меня?
Не хочу думать об этом. Опасный, очень опасный человек. Марашка была права. Я благодарна ей за тетрадь. Если бы не она… Я ведь начала чувствовать что-то к нему. Почти начала. Зная о невесте, о Гале, с которой он уехал, о других. Как у него получилось? С чего началось мое сочувствие к нему, почему радовалась, подняв ему настроение? То его возвращение и разговор на крыльце — мне было приятно, я обрадовалась. И то, как он произносит мое имя… И что делать теперь, как себя вести? Да так, как решила перед этим. Просто помнить, что он почти женат, а на его губах еще горели поцелуи Галы, а может и не только ее.
— Ну, видимо, в нашем мире не все так уж плохо и есть что-то, что можно и позаимствовать, ваше сиятельство.
Герцог чуть поморщился. И тут подключился Натан:
— Наташа, а нам можно принять участие?
— Как будто я решаю, кого пускать, а кого нет. Командует всем Раян. Я даже не знаю — будет ли сегодня сбор. Так что все вопросы к нему.
— Но вы пойдете, если сбор будет?
— Я хожу не каждый раз, но если вам будет угодно, составлю компанию.
— Мы не можем настаивать… — улыбался Натан. Эта улыбка…ехидная, что ли. Или гаденькая. Я начала злиться.
— Значит, я откажусь. При начальстве подчиненные не будут вести себя непринужденно. Вся прелесть таких посиделок в их неформальности, равенстве между участниками. Мы не боимся и не стесняемся друг друга. Я, например, совсем не умею петь, но с удовольствием орала песни вместе со всеми. Там главное — настроение. А с вами мы вынуждены будем давать концерт. Это уже не то, теряется смысл.






