ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Джим Уэйд — сломленный человек, пытающийся собрать все свои части вместе. После того, как его подружка умерла от передозировки и водки почти год назад, Джим пытается идти по прямому и узкому пути,... Сломленный Ивлин Гласс Глава 1 — Эй, Уэйд! Ты где? — крикнул Боксер. Джим Уэйд повернулся лицом к нему, но продолжал идти к своему мотоциклу. — Я думал, что ты останешься на шоу. — Боксер упорно, с тупой ухмылкой, массировал собственную грудь. Джим через силу ему улыбнулся. — Нет, чувак, мне нужно поспать. Я не спал с тех пор, как доставил товар. — Ему нужно было разобраться с одним из своих деловых партнеров, который думал о том, что Уэйд мог обойти их в своих сделках. Это была двенадцати часовая поездка туда и обратно, и это был достаточно хороший повод, чтобы уйти. Он не хотел упоминать сегодняшнюю встречу — это разворошит старое дерьмо. Но Боксер протестовал. — Давай, Уэйд. Я уверен, что одна или несколько прекрасных дам будут счастливы уложить тебя! Джим покачал головой и схватил, брошенную на сиденье мотоцикла, кожаную куртку, с серебристым изображением орла с гигантскими когтями, вцепившимися в американский флаг, который он разрывал пополам. Это был патч мотоклуба «Стальные Когти» и Джим с гордостью его носил. Он был нашит двенадцать лет назад и братья-байкеры были его единственной семьей, которую сейчас имел Уэйд, и единственными людьми, которым мужчина доверял. Он завел мотоцикл и сказал Боксеру: — Увидимся утром, братан. Нам нужно составить опись, чтобы убедиться в том, что на прошлой неделе ничего не пропало. Разочаровавшийся Боксер подошел к нему и ударил по спине, пока Джим газовал. — Конечно, я буду здесь всю ночь. Возможно, утром понадобиться вылить на меня ведро холодной воды, потому что там есть бутылка «Патрон» ( прим. пер.: текила ) с моим именем на ней и я планирую на*уяриться в хлам. Джим дал ему пять и уехал, ночь была особенно темной и облака закрыв

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она наблюдала за ним, желая узнать, была ли в нем какая-либо честность.

— Какое тебе до этого дело? — наконец, вздохнул он.

Сьюзан закрыла глаза и сосчитала до десяти, чтобы не потерять терпение.

— Я действительно не знаю, имеет ли это для меня значение. Вините в этом мою любознательность и болезненное любопытство, если вам от этого станет легче.

Голубые глаза Уэйда блестели в ярком свете, и Сьюзан удерживала его взгляд. Если бы он не был в этом дурацком воротнике, то мог бы полностью повернуться к ней. Она не могла понять, что означал этот блеск из его неудобного положения.

— Я не уверен на этот счет, — задумчиво сказал байкер, — но знаю, от чего легко может излиться моя сперма. — Он подмигнул, и Сьюзан сжала челюсть, отвернувшись к монитору. Какой придурок!

— Кажется, ничего не сломано, все порезы и раны поверхностные. Вам не понадобятся швы. Однако присутствуют признаки довольно серьезного сотрясения головного мозга, вероятно, от удара. Вы не должны спать как минимум пару часов, чтобы убедиться, что у вас не развиваются худшие симптомы, такие как головокружение или неспособность ходить.

Малыш говорил так, как будто читал прямо из гребаного учебника и, учитывая его возраст, Джим не сомневался в том, что это было именно так. Сколько он мог знать о медицине? Носки Джима были старше этого ребенка.

— Отлично, это здорово. Теперь я могу выбраться отсюда? — он уже опускал ноги с кровати и тянулся за сумкой со своей одеждой.

— Как только вы подпишите свои бумаги для выписки и получите рецепты на лекарства от боли и тошноты, то сможете уйти. У вас есть кто-нибудь, кто заберет вас?

Улыбаясь и указывая на дверь комнаты, Джим ткнул пальцем в сторону Боксера и Вилли, которые, по-видимому, только что приехали на внедорожнике.

— Я в порядке, спасибо. — Он посмотрел на джинсы в своих руках и зарычал. — О, Христос. — Вся правая штанина была разорвана в клочья и запачкана в крови. Даже, если бы штаны были целыми и невредимыми, он не смог бы натянуть их из-за бинтов. — Эй, Боксер, у тебя в машине есть лишние штаны?

Боксер, который был, по крайней мере, на четыре дюйма выше и на шесть дюймов шире, чем Джим, засмеялся.

— Думаешь, я одолжу тебе свое дерьмо, когда ты прервал мою вечеринку? — Джим искоса взглянул на него и тот поднял руки в притворной капитуляции. — Эй, Вилли, там, сзади сумка с трениками. Можешь принести их сюда? Я не могу позволить, чтобы этот парень шел по коридору рядом со мной с голой задницей.

Джим покачал головой, но не смог сдержать улыбку. К тому времени, когда Вилли вернулся со спортивными штанами в руках, Джим подписал бумаги и схватил рецепты, засунув их в тяжелые кожаные сапоги, которые не собирался здесь надевать.