ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Самоубийство пациента психиатрической больницы не произвело на бывалого сотрудника полиции Павла Серёжина особого впечатления. Немного любопытства вызвало творчество больного — тетрадка с текстом ф... Боец Алексей Наст «Это было время повсеместного процветания. Каждый житель планеты и народы в целом гордились своей человеческой природой. Не было войн и катаклизмов. Уровень жизни достиг небывалых высот. Самые неразвитые страны ежегодно убыстряли свой экономический рост, внося посильную лепту в бурный расцвет цивилизации. Несколько веков подряд земля приносила небывалые урожаи, мораль и нравственность совершенно вытеснили звериное из людских душ. Впоследствии то время стали называть Эрой благоденствия… И никто не мог представить на пороге Эпохи процветания, что причиной небывалого толчка в истории человечества станет возрождение одного северного государства, возрождение тем более неожиданное, что современники начала подъема изнывали от безысходности, ожидая полнейший коллапс. Страна дышала на ладан. Временная стабилизация представлялась именно временной. Тут и там раздавались пророчества о дальнейшем распаде уже распавшегося. Народ мучился в тисках экономической катастрофы, политики занимались преступным сколачиваем личных состояний и вывозом их за рубеж, бандиты, опираясь на коррупцию органов власти и правопорядка, творили насилие, насаждая беспредел во всем. Некогда великий суперэтнос умирал… В те дни, когда Мировое Зло готовило последний удар, дабы установить свой звериный порядок на бессильной и почти покорной планете, явился Боец. Он осознал, что явился…» Сережин захлопнул общую тетрадь с замусоленными страницами, еще раз окинул взглядом палату — серые стены, кровать, тумбочка, большое окно с разбитым стеклом, выпиленная огромная дыра в решетке. Оглянулся на медсестру — худенькую, с плотно сжатым ртом. Наверное, красивую, но сейчас, в белом халате и белой косынке,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ты убила Поборника, — глянул на нее Павел. В его взгляде было потрясение.

— Бежим скорее, Паша!

Они выбрались из машины.

— Отдай мне пистолет! — Павел уже пришел в себя.

— Держи.

Они побежали прочь от места страшной бойни.

Павел первым, раздвигая кусты, ринулся в колючие заросли. Маша, пробегая мимо тела последнего убитого амбала, нагнулась и забрала его пистолет — теперь они с Павлом смогут постоять за себя. Она впихнула пистолет за пояс трико, в которое ее переодели бандиты, когда держали взаперти, оглянулась напоследок и нырнула следом за Павлом в колючую зелень густого кустарника.

Они продирались молча, стараясь не останавливаться, хотя покрылись липким потом, он застилал глаза, было очень душно. Начались скромные дачные домики, постройки хрущевских шестидесятых. Павел свернул к дачам. Пробежав, тяжело дыша, несколько улиц, Павел указал на полуразваленную хибарку:

— Туда!

Они оказались в домике. Пыль, грязь, паутина. Тишина давила на уши. Маша глубоко дышала, отираясь, она еще не могла осознать, что произошло чудо и она спаслась. Они с Павлом спаслись. Значит, Провидению, высшему разуму, их старания понятны, и они делают правильное дело — противостоят Вселенскому Злу.

Павел вытер ладонью пот с красного лица и вдруг, со всей силы рубанул ею Машу по глазам. Она ослепла от боли и рухнула в угол.

— Дрянь! — вскричал Павел. — Ты убила Поборника!

Она схватилась за свое лицо. Она ничего не понимала. Павел ударил ее, кричит, бьется в нервной истерике. Что это? Шок от испуга, запоздалая реакция на спасение? Она-то при чем?! Она спасла их! И слава богу, что убила Поборника Зла, одним демоном меньше!

— Паша! — прохрипела она, пытаясь встать.

— Ты убила Поборника! — дурным шепотом произнес Павел и безумно улыбнулся.

Ствол пистолета уперся в лоб Маши.

— Ты что?! — громко и нервно заорала она, отбивая пистолет. — Рехнулся?!

— Сидеть! — Павел, хищно ощерившись, отошел на шаг. — Дура! Что ты натворила?! Ты убила Поборника Зла, ты, тупая девчонка!

— Не пори чепухи. Не обязательно ты должен убивать Поборников! Какая разница? Главное — результат! Мы для всех стараемся, для всего человечества!

Павел запрокинул голову назад и расхохотался в потолок низкого домика.

Маша смотрела на него и не понимала происходящего.

Он успокоился, посмотрел на нее, как злобный хищник, радующийся беззащитности жертвы.

— Я хренею от твоей наивности! Убивать Поборников? Я не убил ни одного! Ты поняла теперь?! Я убивал тех, кто им мешал и мог помешать! Я — Сеятель! Се-я-тель! Дура…

Потрясенная Маша смотрела на беснующегося Павла. Тот навел на нее оружие. Заговорил страстно, яростно:

— Я люблю тебя! Понимаешь? Люблю! Но убью! Потому что ты против Зла, а я — само Зло. Я оберегаю Поборников, я убираю с их пути все лишнее.