ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кому сейчас интересны проблемы начальника охраны биотехнологического комплекса или поиски беглого топ-менеджера? Впрочем, не стоит торопиться. За обманчивой обыденностью повествования скрывается одно... Куколка Александр Лонс От автора В предисловии к своему знаменитому роману «Скандал с Модильяни» Кен Фоллетт писал: «В современном остросюжетном романе герой, как правило, спасает мир. В традиционных приключенческих историях все куда скромнее: основной персонаж спасает собственную жизнь и, возможно, жизнь верного друга или отважной девушки. В еще менее сенсационных произведениях — незамысловатых, но добротно написанных повествованиях, которые составляли основу читательской диеты более чем столетие, — ставки могут быть даже ниже, хотя все равно только собственные усилия героя, его борьба, его решения самым драматическим образом определяют в итоге судьбу этого человека. Я же никогда не верил, что подлинная жизнь устроена именно так. В реальности совершенно неподконтрольные обстоятельства определяют, жить нам или умереть, станем мы счастливее или несчастнее, приобретем богатство или ввергнемся в нищету...» Ничего другого не остается, как только согласиться с авторитетным мнением мастера. В то же время, определенная интрига, предполагающая хоть немного глобальных последствий, обязана присутствовать. Кому интересны проблемы начальника охраны биотехнологического комплекса или расследование исчезновения топ-менеджера предприятия? Читатель хочет приключений и чудес, желает разгадывать загадочные символы масонов, постигать сакральные тайны Ватикана веками хранимые в его подземельях, разбирать смертельно опасные письмена и совершать путешествия по лабиринтам прошлого. Впрочем, не стоит торопиться. За обманчивой обыденностью повествования скрывается одно из величайших преступлений начала XXI века… Представленный ниже текст носит фантастический характер, и не стоит его ассоциирова

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А во-вторых, хотел, чтобы светилось окошечко когда я подхожу к дому; чтобы было, кому ждать, когда я прихожу домой; чтобы было с кем ночевать, а по утрам пить крепкий чай или черный горьковатый кофе. Чтобы зимними вечерами вместе было теплее сидеть у телевизора. Чтобы было к кому обратиться, если случилось что-то, о чем посторонним знать необязательно. Чтобы ее замерзшие руки лягушачьими лапками залезали мне под майку или за шиворот. Причем неожиданно. А потом… потом… В общем, все эти игры понемногу перешли в обыденность, а после того, как я не вполне осознанно… ну, ты знаешь. Короче, она сама от меня ушла. Сказала, что теперь уже не в состоянии доверять мне, и жить с человеком, что изменял ей, тоже не сможет. Не простила предательства. А у тебя как дела?

— Да нормально вроде. На жизнь не жалуюсь.

— Сколько тебя знаю, никогда не жаловалась. Слегка ворчала разве что. Ты, по-моему, сейчас вполне довольна существованием, нет?

— Да как тебе сказать, не тошнит, и то хорошо.

— Помнишь, ты обещала выполнить любую мою просьбу? — напомнил я о былой договоренности.

— Помню. Ты что, пришел забрать долг?

— Посмотри на меня.

Ведьма уставилась на меня и несколько секунд смотрела прямо в глаза. У самой у нее глаза были карие, цвета плавленого шоколада.

— Да ладно! — воскликнула Арина, когда что-то для себя поняла, и гляделки ей надоели.

— Угу. Тем не менее, — подтвердил я невысказанный вопрос и неозвученный ответ.

— Всю подноготную о себе рассказывать не обещала, такого не было. Но что ж теперь… долги надо возвращать. Сколько раз я объясняла про себя, ты забыл что ли?

— Вот именно, что объясняла. Нет, не забыл. Просто там были кусочки, требующие связных рассказов, а весь пазл не складывался.

— Зачем тебе? Опять что-то задумал?

— Понять хочу. И обратиться за помощью.

— Кто бы сомневался. Ладно, сегодня я добрая. Что я могу тебе рассказать…

— Например, какой у тебя любимый супермаркет.

— Все шуточками отделываешься. Не хочешь об этом поговорить?

— Не хочу. А знаешь, почему? Ты же заранее все рассчитала, продумала до мелочей, и отлично все понимаешь.

— Тогда — ладно, давай по делу. Не зря же я тут языком трепала.

— По делу. Если все-таки время экономишь, то и не надо пересказывать биографию целиком. Погоди, удивленную рожу не делай. Достаточно шести — семи ключевых эпизодов по твоему выбору. Запиши свои воспоминания, но так, чтобы они по возможности не совпадали с тем, что я слышал и читал о тебе раньше. Просто запиши и пришли мне. Когда сможешь.

— Да ну… не хочу я писать. Да и нельзя мне. Зачем все это? Придумай хоть одну причину для чего это тебе надо.

— Обычный ответ на частый вопрос.

Тут она случайно бросила взгляд на мою левую руку и заметила золотое кольцо, будто составленное из миниатюрных отрубленных человеческих рук.