ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кому сейчас интересны проблемы начальника охраны биотехнологического комплекса или поиски беглого топ-менеджера? Впрочем, не стоит торопиться. За обманчивой обыденностью повествования скрывается одно... Куколка Александр Лонс От автора В предисловии к своему знаменитому роману «Скандал с Модильяни» Кен Фоллетт писал: «В современном остросюжетном романе герой, как правило, спасает мир. В традиционных приключенческих историях все куда скромнее: основной персонаж спасает собственную жизнь и, возможно, жизнь верного друга или отважной девушки. В еще менее сенсационных произведениях — незамысловатых, но добротно написанных повествованиях, которые составляли основу читательской диеты более чем столетие, — ставки могут быть даже ниже, хотя все равно только собственные усилия героя, его борьба, его решения самым драматическим образом определяют в итоге судьбу этого человека. Я же никогда не верил, что подлинная жизнь устроена именно так. В реальности совершенно неподконтрольные обстоятельства определяют, жить нам или умереть, станем мы счастливее или несчастнее, приобретем богатство или ввергнемся в нищету...» Ничего другого не остается, как только согласиться с авторитетным мнением мастера. В то же время, определенная интрига, предполагающая хоть немного глобальных последствий, обязана присутствовать. Кому интересны проблемы начальника охраны биотехнологического комплекса или расследование исчезновения топ-менеджера предприятия? Читатель хочет приключений и чудес, желает разгадывать загадочные символы масонов, постигать сакральные тайны Ватикана веками хранимые в его подземельях, разбирать смертельно опасные письмена и совершать путешествия по лабиринтам прошлого. Впрочем, не стоит торопиться. За обманчивой обыденностью повествования скрывается одно из величайших преступлений начала XXI века… Представленный ниже текст носит фантастический характер, и не стоит его ассоциирова

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как-то раз он поведал, будто бы сейчас работает целая программа по производству людей нового типа.

«Вот все и встало на свои места» — подумалось тогда.

— Киборгов что ли? — усмехнулся я, вспомнив недавно прочитанный фантастический роман. У Маши оказался большой, неудобный и какой-то жутко тяжелый чемодан. Колесики постоянно заедало, и мне приходилось преодолевать разные неожиданные препятствия.

— Да нет же, ты не понял. Клонов. Как в «Звездных войнах». Потом он вдруг чего-то испугался, и просил меня забыть, что сам же и рассказал. Если бы не просил, точно забыла бы, а так вот запомнила. А уже после я нашла у него серию фоток и видео… до сих пор страшно. Он как увидел, что я видела, прямо позеленгел весь. «Забудь что видела, ради собственной жизни забудь!» буквально его слова.

— Книжку такую лет десять назад, по-моему, читал. Называлась «Третий близнец», автор Кен Фоллетт, если ничего не путаю. Очень известный британский писатель, кстати. Может, китаец твой, фантастику любил? Там в Америке, стране свободы, и мировом эталоне человечности, проводятся опыты по клонированию людей… Минуточку, на свой рейс с нашими разговорами не опоздаешь?

— Не, не опоздаю, — махнула рукой Маша. — Не читала я эту книжку, зато видео и эти фотки у меня так и стояли пред глазами, даже во сне снились. Короче, ради избавления от всего этого дерьма и затеяла серию картин не то с орками, не то с троллями. Типа, мои фантазии, ничего такого. Только кто-то посчитал иначе… Вот я и думаю, что тот китаец сговорился с Майером и они вместе заказали убийство моего учителя. Они в состоянии. Тот же мог опять что-нибудь про Сильвества ругательное написать, цену мог сбить, к его мнению прислушивались, вообще-то, он большим авторитетом был в художественных кругах.

— Звали-то его как? — наконец спросил я. — Учителя?

— Не сказала разве? Корнелий Иосифович Погоносян. Да, забыла совсем. Вот возьми, — сказала Маша, протягивая мне что-то маленькое. — Подарок. Спасибо потом скажешь. Осталась от моего бывшего китайца, он эти штуки в Европе продавал и активно распространял. Незаконно, конечно же, такими вещами не шутят.

— Что это? — осведомился я, с интересом разглядывая малюсенькую толстостенную стеклянную пробирочку без этикетки, закупоренную толстой герметичной полиэтиленовой пробкой. Пробирка казалась сделанной так, чтобы никто случайно ее не разбил. — Для чего это?

— Человеческий феромон. Вернее — смесь феромонов для мужиков, чтобы девушек привлекать. Запах сознательно не ощущается, эти вещества на инстинктивном уровне чувствуются. Физиологию и эмоции модифицируют.

— Думаешь, оно мне сейчас очень надо? — спросил я, откупоривая и нюхая содержимое пробирки. Оно действительно ничем не пахло.

— Пригодится. Ты это, поаккуратнее с ним.