ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Медиум, который перестал разговаривать с призраками, и целительница, которая не захотела помогать людям, – смогут ли они жить обычной жизнью или от способностей, дарованных свыше, нельзя отказаться... Дар Наталья Васильевна Тимошенко Глава 1 18.. год С тех пор, как мать схватилась за огромный живот и со стоном упала на диван, а отец засуетился, забегал вокруг нее, не зная, что делать, прошло почти три дня. На свет готовился появиться уже пятый ребенок в большой семье, а он каждый раз терялся, как будто это было впервые. Тогда еще никто не знал, что снегом занесет всю деревню, а роженице понадобится помощь, потому за доктором не послали. Снег же не прекращался ни на минуту. Черная толстая туча, накрывшая деревню три дня назад, остановилась, зависла низко над землей и не собиралась никуда уходить. Сугробы намело такие, что приходилось откапывать дверь снаружи, чтобы выйти из дома. Снег залепил окна, кое-где добрался до крыш и заползал на них. В дымоходах завывал ветер, жалуясь на тяжкую долю и рождая в душах людей самые мрачные мысли. Крестьяне толпились у печей, а в большом доме помещика все время жгли свечи, чтобы было хоть что-то видно. День смешался с ночью. Поначалу из спальни, куда отнесли мать, слышались душераздирающие крики, от которых холодели руки и страх огромными волнами бежал по спине, но и они вскоре затихли. Со вчерашнего вечера из спальни доносились только бормотания повитухи да тревожный шепот слуг. Вызвать доктора теперь было невозможно, поскольку дороги замело так, что никакая лошадь по ним пройти не могла. Утром отец все же распорядился послать за доктором конюха пешком, но тот до сих пор не вернулся. Его жена плакала на кухне, жаловалась кухарке. – Что мне теперь делать? – спрашивала она, вытирая лицо грязным передником. – Не плачь заранее, – не слишком уверенно утешала ее кухарка Матрена. – Может, вернется еще твой Степан. А если не вернется, бари

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Свет погас, и лишь несколько долгих секунд спустя в этой темноте Рита смогла различить пугающие очертания, не походящие на стены больницы.

Они оказались в темном лесу, состоящем из необычных, на первый взгляд, деревьев. Те выглядели огромными, с толстыми стволами, покрытыми тяжелой шершавой корой, поднимались ввысь, сплетаясь ветками так плотно, что скрывали собой ночное небо. Что-то еще казалось Рите странным в этих деревьях, и, приглядевшись внимательнее, она вдруг поняла, что вместо веток у них скользкие черные змеи, которые постоянно шевелились, переползая с места на место, скручиваясь друг вокруг друга влажными телами. Даже понимая, что это всего лишь иллюзия, Рита все равно в ужасе отпрянула назад.

Когда еще немного посветлело, она разглядела молодую девушку с ярко-рыжими, пылающими огнем волосами. На ней было длинное платье изумрудного цвета, чуть старомодного фасона, но отлично подчеркивающее прекрасную фигуру и оттеняющее такие же зеленые глаза, сверкающие гневом. Злиться она имела право: Лера не просто забросила ее в общее видение, она еще намертво привязала ее к стволу дерева тремя извивающимися змеями. Рита даже пожалела девушку: она бы от ужаса наверняка грохнулась в обморок, окажись на ее месте. Однако уже в следующее мгновение, осознав, кто перед ними и чего она хочет, Рита испуганно шагнула в сторону, спрятавшись за одним из деревьев, но стараясь не касаться его. Мысль о том, что она может нечаянно дотронуться до гладкой змеиной кожи, пугала ее едва ли не больше встречи со Смертью.

Лера тоже выглядела напряженной и немного испуганной. То ли боялась Смерти, то ли просто чувствовала себя неуютно, оставшись без руки Марка, поскольку тот отпустил ее почти сразу, едва они все попали в лес. Казалось, он один не боится привязанную к дереву особу.

– Поймал все-таки, – язвительно усмехнулась та, быстро изучив обстановку. – Молодец, сообразил как.

– На соображалку не жалуюсь, – пожал плечами Марк, подходя ближе. – И я надеюсь, ты понимаешь, что не уйдешь отсюда, пока не ответишь на все наши вопросы.

Темно-рыжие брови на красивом лице взлетели вверх, придав лицу девушки удивленное выражение, а затем она запрокинула голову и рассмеялась, громко, заливисто и очень… знакомо. Рита вдруг поняла, что уже слышала этот смех.

– Что смешного? – насупился Марк.

Девушка перестала смеяться и посмотрела на него, все еще широко улыбаясь.

– А разве тот факт, что ты угрожаешь самой Смерти, не смешон?

– Значит, ты и есть Смерть?

Она пожала хрупкими плечами, которые, на взгляд Риты, никак не могли принадлежать такому страшному существу, как Смерть.

– Я предпочитаю, чтобы меня звали Лизой, – сказала она.

– Лизой? – теперь пришла очередь Марка удивляться.