ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Медиум, который перестал разговаривать с призраками, и целительница, которая не захотела помогать людям, – смогут ли они жить обычной жизнью или от способностей, дарованных свыше, нельзя отказаться... Дар Наталья Васильевна Тимошенко Глава 1 18.. год С тех пор, как мать схватилась за огромный живот и со стоном упала на диван, а отец засуетился, забегал вокруг нее, не зная, что делать, прошло почти три дня. На свет готовился появиться уже пятый ребенок в большой семье, а он каждый раз терялся, как будто это было впервые. Тогда еще никто не знал, что снегом занесет всю деревню, а роженице понадобится помощь, потому за доктором не послали. Снег же не прекращался ни на минуту. Черная толстая туча, накрывшая деревню три дня назад, остановилась, зависла низко над землей и не собиралась никуда уходить. Сугробы намело такие, что приходилось откапывать дверь снаружи, чтобы выйти из дома. Снег залепил окна, кое-где добрался до крыш и заползал на них. В дымоходах завывал ветер, жалуясь на тяжкую долю и рождая в душах людей самые мрачные мысли. Крестьяне толпились у печей, а в большом доме помещика все время жгли свечи, чтобы было хоть что-то видно. День смешался с ночью. Поначалу из спальни, куда отнесли мать, слышались душераздирающие крики, от которых холодели руки и страх огромными волнами бежал по спине, но и они вскоре затихли. Со вчерашнего вечера из спальни доносились только бормотания повитухи да тревожный шепот слуг. Вызвать доктора теперь было невозможно, поскольку дороги замело так, что никакая лошадь по ним пройти не могла. Утром отец все же распорядился послать за доктором конюха пешком, но тот до сих пор не вернулся. Его жена плакала на кухне, жаловалась кухарке. – Что мне теперь делать? – спрашивала она, вытирая лицо грязным передником. – Не плачь заранее, – не слишком уверенно утешала ее кухарка Матрена. – Может, вернется еще твой Степан. А если не вернется, бари

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ему ничего не оставалось, кроме как согласиться.

– Возьми такси, – велел он, забирая у нее Соню. – Я отвезу Гретхен и сразу же приеду к тебе, хорошо?

Рита не стала возражать. Убедившись, что с Соней все в порядке, ей теперь нужно было во что бы то ни стало увидеть бабушку.

По пустой ночной дороге короткое расстояние такси преодолело очень быстро. Еще не было одиннадцати, как Рита уже входила в сонные коридоры приготовившейся ко сну больницы. Бабушку, как она и думала, отвезли в реанимацию. Однако к ней ее неожиданно не пустили. Врач, дежуривший в эту ночь, вышел к ней в коридор.

– Состояние Веры Никифоровны тяжелое, но надежда есть, – заверил он. Кардиограмма и УЗИ показывают обширный инфаркт миокарда, однако нам удалось стабилизировать ее. Главное, пережить эту ночь. Мы делаем все возможное.

– Можно мне увидеть ее? – попросила Рита.

– К сожалению, в реанимацию нельзя, – покачал головой врач.

– А как же распоряжение Министерства пускать родственников? И я сама врач. Я работаю здесь же, в неврологии, на втором этаже. – Она видела, что врач не узнает ее, она тоже его не помнила, возможно, он пришел позже или же они почти не пересекались, когда она работала. – Гронская Маргарита Александровна, – напомнила она. – Я сейчас в декретном отпуске, но уже в январе выхожу…

– Маргарита Александровна, – перебил ее реаниматолог, – в таком случае вы сами должны понимать, что вашей бабушке нужен покой и никаких волнений.

Что-то в его тоне показалось Рите странным.

– Волнений? – переспросила она. – Чем я могу взволновать ее?

Врач заметно нервничал, не желая говорить правду. Сунул руку в карман, вытащил пачку сигарет, посмотрел на нее и спрятал обратно. Он мог бы просто уйти, закончив разговор, но так и не сделал этого.

– Пожалуйста, – попросила Рита. – Что вы скрываете?

Он глубоко вздохнул, бросил на нее быстрый взгляд и признался:

– Когда вашу бабушку привезли, она просила только об одном: чтобы к ней не пускали Риту. Я же так понимаю, Рита – это вы?

Она ошарашенно кивнула.

– Я не знаю, что у вас произошло, почему ваша бабушка не хочет вас видеть, но меня в первую очередь волнует состояние пациента. Вы должны понимать, раз сами врач. И если встреча с вами грозит осложнением, я не допущу, чтобы вы к ней прошли.

Рита снова кивнула, чувствуя, как кружится голова, а к горлу подступает ком. Она пробормотала какие-то извинения, отошла в сторону и села на диван в холле. Почему бабушка велела не пускать ее? В чем таком она провинилась?

Ответ пришел быстро и заставил вспотеть ладони: бабушка боялась, что Рита вылечит ее.

* * *

Марк то и дело поглядывал в зеркало заднего вида на Гретхен, сидящую в автокресле за его спиной.