ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Медиум, который перестал разговаривать с призраками, и целительница, которая не захотела помогать людям, – смогут ли они жить обычной жизнью или от способностей, дарованных свыше, нельзя отказаться... Дар Наталья Васильевна Тимошенко Глава 1 18.. год С тех пор, как мать схватилась за огромный живот и со стоном упала на диван, а отец засуетился, забегал вокруг нее, не зная, что делать, прошло почти три дня. На свет готовился появиться уже пятый ребенок в большой семье, а он каждый раз терялся, как будто это было впервые. Тогда еще никто не знал, что снегом занесет всю деревню, а роженице понадобится помощь, потому за доктором не послали. Снег же не прекращался ни на минуту. Черная толстая туча, накрывшая деревню три дня назад, остановилась, зависла низко над землей и не собиралась никуда уходить. Сугробы намело такие, что приходилось откапывать дверь снаружи, чтобы выйти из дома. Снег залепил окна, кое-где добрался до крыш и заползал на них. В дымоходах завывал ветер, жалуясь на тяжкую долю и рождая в душах людей самые мрачные мысли. Крестьяне толпились у печей, а в большом доме помещика все время жгли свечи, чтобы было хоть что-то видно. День смешался с ночью. Поначалу из спальни, куда отнесли мать, слышались душераздирающие крики, от которых холодели руки и страх огромными волнами бежал по спине, но и они вскоре затихли. Со вчерашнего вечера из спальни доносились только бормотания повитухи да тревожный шепот слуг. Вызвать доктора теперь было невозможно, поскольку дороги замело так, что никакая лошадь по ним пройти не могла. Утром отец все же распорядился послать за доктором конюха пешком, но тот до сих пор не вернулся. Его жена плакала на кухне, жаловалась кухарке. – Что мне теперь делать? – спрашивала она, вытирая лицо грязным передником. – Не плачь заранее, – не слишком уверенно утешала ее кухарка Матрена. – Может, вернется еще твой Степан. А если не вернется, бари

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И лишь когда они выбежали на улицу, когда она глотнула свежего морозного воздуха, у нее хватило сил выдавить из себя слова.

– Марк!.. Марк, погоди, – она попыталась остановить его, но никакая сила не была способна затормозить его. – Что происходит?

– Потом, – не оборачиваясь, сказал он.

Марк намеревался сесть за руль, но, едва добрался до машины, левая нога наконец не выдержала, и он рухнул возле водительской дверцы, ухватившись за ручку. Только тогда Рита осознала, что он где-то забыл трость. Она не помнила, была ли она у него, когда он приехал в больницу, или же он оставил ее где-то раньше.

– Я поведу.

Марк согласно кивнул. Хромая и почти не наступая на левую ногу, держась за машину, он добрался до пассажирской двери и сел на переднее место. Рита быстро выехала с больничной парковки, впервые в жизни не глядя в зеркала и прикидывая время, за которое они доберутся до дома Веберов. По всему выходило, что даже по пустым улицам, соблюдая правила дорожного движения, это займет не меньше получаса. Нога сама собой вдавила педаль газа глубже, заставив стрелку спидометра подняться гораздо выше, чем Рита обычно себе позволяла.

– Марк, в чем дело? – уже спокойнее, стараясь контролировать дыхание и внимание, спросила она.

– Я ошибся, я с самого начала ошибся. – Марку до более или менее спокойного состояния было еще далеко, но не он вел машину и мог позволить себе волноваться за них обоих. – В салоне, когда мы с Алексом вызвали призрак Ивана, он не только назвал твое имя. Он еще сказал, что она придет за тобой, и я что-то отдам сам. Я подумал, что ей – то есть Лизе, как понял позже – нужна ты. И все это время строил теории вокруг тебя. Но я ошибся. Когда Иван появился в первый раз, в гостиной до рождественского ужина, Белль как раз спрашивала у меня, почему я называю нашу дочь Гретхен. И я сказал, что это сокращение от Маргариты. Что у меня дома две Маргариты, понимаешь? Духи бывают растерянны, особенно сразу после смерти, он и подумал, что Гретхен и есть Маргарита. Он имел в виду не тебя, а ее. Не ты нужна Лизе, а она.

Рита почувствовала, как дыхание снова сбилось, а руки крепче вцепились в руль. Пустые дороги позволяли ехать быстро, но мысли в голове снова спутались в один панический клубок, и ей с трудом удавалось следить за дорогой.

– Но Женя… – выдавила она. – Женя ведь сказала, что ей нужен мой дар.

Марк потер руками лицо, вспоминая разговор в кафе.

– Я спросил у Жени, что ей нужно от тебя. Буквально «что ей нужно от Риты?» Еще и уточнил, что Рита – это девушка, которой она продала шары на ярмарке, понимаешь? Я сам запутал ее. И она сказала: «Дар». Потому что конкретно от тебя Лизе нужен именно дар. Самый главный дар, который может быть у женщины, который есть у тебя. Вовсе не способность исцелять болезни.

Рита судорожно кивнула.