Я выпустил из объятий Дашку и хотел подойти к раненому, но она удержала меня за руку.
– Ты куда? – в голосе Дашули звучало непритворное удивление.
Странный мир, странные законы… Вроде, Вильгельм им не чужой, а раненым никто не занимается. Боевые друзья бросили на травку и умчались, а девушки-помощницы сидят неподалеку и смотрят на бой через свечение. Причем смотрят без особого волнения, как передачу по телевизору. Никто не спешит к Вильгельму с бинтами и лекарствами, его не тащат в госпиталь (не знаю уж, есть ли здесь больница, но в обычном мире их хватает). Рыцарь может умереть от потери крови, если просидит без помощи ещё какое-то время. Надо хотя бы перевязать раны, остановить кровотечение…
Дашка слушала мою пламенную речь с возмутительной улыбкой.
– Максим, да ты что! – со смешком сказала она, когда я махнул рукой и уже собрался подойти к Вильгельму. – Здесь никто не умирает. Святой Грааль даёт на своей земле исцеление от любых ран и недугов, но только тем, кто этого достоин, – уже серьёзно объяснила Дашуля. – Если сюда попадёт человек со злым сердцем, он будет наказан сильной и мучительной болезнью. Вильгельм сейчас молится, ему не надо мешать, потому мы и не подходим. Смотри, ему уже легче. Час-другой – и следа от ран вообще не останется.
Действительно, кровавые капли срывались всё реже, на бледном лице рыцаря начал проступать лёгкий румянец. Вильгельм задышал почти свободно и даже отнял руку от живота. Рыцарь прервал бормотание, чтобы продышаться. Наши взгляды встретились, он ободряюще улыбнулся, и снова в воздухе закружились непонятные слова.
Я сжал Дашкину руку. Силу выпросил, любимая девушка нашлась, в бою им совсем немного помог – это хорошо. Только теперь-то мне что делать? Дашуля отсюда не уйдёт, моё посвящение тоже вряд ли отменится, а значит, и сила останется.
Я вспомнил неравный бой и кидавшихся на девушек огромных зверей, от гнева перед глазами всё поплыло. Если бы это повторилось, я без колебаний поступил бы так же.
Несколько секунд я пытался представить, что в том сквере не было бы Дашки – всё то же самое, но без неё. Вмешался бы я или тихо переживал за Вильгельма и девушек, стоя в сторонке? Ответ пришёл почти мгновенно: вмешался бы! Я больше не смогу оставаться в безопасном отдалении или, тем более, уйти при виде слуг Грарга. Я не просил посвящения в рыцари, хотел лишь ненадолго получить силу, чтобы вмешаться в один-единственный бой. Однако кто-то свыше понял весь мой дальнейший путь раньше, чем я сам успел его осознать.
К этому всё и шло: мускулы, сила, привлекательность… Я снова стал двуликим, только личина зверя сменилась на образ рыцаря из старых легенд.






