Когда она подошла, мальчик развёл руками: опять никого. Мама обняла его, тоже стала смотреть. Он спросил:
— Позволят мне тебя навещать?
— Вначале нет, — сказала мама. — А потом… как заслужишь.
Он пообещал:
— Заслужу. Я скучать буду.
Стоять с мамой в обнимку было куда веселей, чем одному. Необозримый бедовник отлого уходил в закрой. Тени, бродившие между тучами и землёй, понемногу делались гуще.
— Бабушка пряженцы жарит, — сказала наконец мама. — Пойдём, маленький Свард.






