ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Племянник бывшего комиссара Мегрэ, вышедшего в отставку, по его протекции устраивается в полицию инспектором, но скоро совершает большую оплошность: в его присутствии убит человек, а он навлекает на с... Глава 1 Прежде чем открыть глаза, Мегрэ нахмурил брови, словно сомневаясь, правильно ли он опознал голос, который вырвал его из глубин сна, прокричав: — Дядя! Не поднимая век, он вздохнул, ощупал простыню и убедился, что все это ему не приснилось: его рука не нашла теплого тела г-жи Мегрэ там, где ей полагалось бы находиться. Наконец он открыл глаза. Ночь была светлая. Г-жа Мегрэ стояла у окна в мелкий переплет, отгибая рукой занавеску, а внизу кто-то тряс входную дверь, и шум разносился по всему дому. — Дядя! Это я. Г-жа Мегрэ по-прежнему смотрела наружу, и ее накрученные на бигуди волосы образовывали странный ореол вокруг головы. — Это Филипп, — объявила она, угадав, что Мегрэ проснулся. Мегрэ в войлочных туфлях на босу ногу спустился первым. Он наспех натянул брюки и уже на лестнице влез в пиджак. На восьмой ступеньке, из-за низко расположенной потолочной балки, ему надлежало пригнуть голову. Обычно он проделывал это машинально, но сейчас обо всем забыл, стукнулся лбом, охнул, выругался и шагнул из ледяной лестничной клетки в кухню, еще сохранявшую остатки тепла. Дверь была забрана железными прутьями. На улице Филипп кого-то уговаривал: — Я ненадолго. Будем в Париже еще затемно. Г-жа Мегрэ одевалась. Слышно было, как она расхаживает по второму этажу. Мегрэ, все еще злясь на себя за последствия собственной неосторожности, отодвинул засов. — А, это ты! — буркнул он, увидев на пороге племянника. Над голыми тополями плыла огромная луна, заливая небо такими яркими лучами, что на фоне его отчетливо вырисовывались даже мельчайшие веточки, а Луара за излучиной казалась потоком серебристых блесток. «Ветер восточный», — машинально отметил про себя Мегрэ, как сделал бы на его

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Конечно нет.

Муж произнес это таким странным тоном, что г-жа Мегрэ подняла голову и посмотрела на него. Нет, ничего. Он уже вошел в сарай, поставил на место удочки и снимал сапоги.

— Нельзя же проглотить все, что убиваешь.

Фраза сама собой сложилась у него в голове одновременно с нелепым видением: бледный растерянный Кажо перед трупами Пепито и Одиа. Мегрэ даже не улыбнулся.

— Что сегодня на первое? — крикнул он, присев на какой-то ящик.

— Суп с томатами.

— Годится.

И сапоги один за другим шлепнулись об утоптанную землю, сопровождаемые вздохом облегчения.