I
— Я должен разрезать тебя на кусочки, — сказал Паркер. — Я должен вырвать тебе ноздри. Я должен сделать из тебя ведьму. Ведь ты самая настоящая ведьма!
— Ты должен убить меня, — безнадежно произнесла Линн.
— Возможно, я тебя и убью.
Ее голова опустилась на грудь, и она едва слышно прошептала:
— Я каждую ночь принимаю снотворное, потому что не могу заснуть. Я думаю о тебе.
— И как же я тебе являюсь?
— Мертвым. И мне жалко, что это не я.
— Прими побольше таблеток, — посоветовал Паркер.
— Не могу. Я трусиха. — Линн подняла голову и вновь посмотрела на него. — Поэтому я и сделала это, Паркер. Я трусиха. Передо мной стоял выбор: или ты, или я.
— И Мэл платит за квартиру?
— Я трусиха.
— Да. Я знаю это.
— Я ни разу не доставила ему удовольствия, Паркер. Я никогда не отвечала на его ласки!
— Поэтому он и уехал?
— Наверное.
— Да, ты можешь включать и выключать себя, — горько согласился он и невесело улыбнулся. — Машина для секса. Для тебя он не имеет никакого значения.
— Имеет, но только с тобой, Паркер.
Он со злобой выплюнул ругательство, и она, вздрогнув, покачала головой.
— Это правда, Паркер. Поэтому мне и нужны таблетки. Поэтому я и не уезжаю отсюда, и не ищу себе другого мужчину. Мэл платит за меня, не просит того, что я не могу дать.
Кофе сменила бутылка виски. Паркер рассмеялся, ударил по столу кулаком и сказал:
— Все-таки хорошо, что этой скотины здесь нет. Я врываюсь, а у него в гостиной два-три головореза, да? Просто так, на всякий случай.
— Да, — согласилась Линн. — Он никогда не оставался здесь один.
— Трусливый гад, — прошипел Паркер и принялся барабанить по краю стола пальцами обеих рук. — Наверное, боится, что я встану из могилы. — Он засмеялся, перестав терзать край стола. — Мэл прав. Да. Назад из могилы.
— Что ты собираешься делать, Паркер? — Только сейчас в ее голосе послышались нотки страха.
— Я собираюсь выпить из него кровь, вырвать сердце и выплюнуть его в канаву, чтобы там на него помочились бродячие собаки. Я собираюсь содрать с него кожу, вырвать вены и повесить его на них.
Кулаки Паркера сжимались и разжимались, он гневно смотрел на Линн. Потом схватил кофейную чашку и швырнул в холодильник. — Она ударилась о холодильник, отскочила на край раковины, потом упала на пол.
Линн испуганно смотрела на мужа. Губы ее дрожали, но она не произнесла ни слова.
Паркер посмотрел на Линн холодными глазами, усмехнулся уголком рта и сказал:
— С тобой? Что я собираюсь сделать с тобой?
Она сидела неподвижно.
— Еще не знаю. — Его голос звучал жестко и твердо, ибо он был полностью уверен в своих силах. — Все будет зависеть от обстоятельств. От тебя. Где Мэл?
— О Господи… — прошептала Линн.
— Мое решение будет зависеть от тебя, — повторил Паркер.
— Я не знаю, Паркер, — покачала она головой. — Клянусь на Святом кресте.






